–  Интересно, какую нишу занимаем мы в природе? Говорят, что человек - венец природы, а вампир? Ведь мы намного сильнее людей, быстро приспосабливаемся к условиям, и жить нам гораздо легче! Но многие считают нас выдумкой, не задумываясь о нашем существовании. Охотников считают умалишенными, а про нас снимают фильмы!

При этой мысли я улыбнулась сама себе. На ум стали приходить Дракула, истории про румынских и балканских вампиров.

–  Смешно, надо бы посмотреть хоть один фильм.

По воспоминаниям я знала о вампирах совсем немного: они пили кровь, боялись солнца. Но ни об их скорости и ловкости, ни о других способностях я и не могла подозревать! Все приобретенное оказалось вполне приятным сюрпризом.

–  Снова ты одна ушла, - тихо сказал Ник, - я же просил.

–  Вы от меня отвернулись и мне стало тоскливо. Ник, каждый из вас занят своими делами: ты работаешь, Адо учит, Димитри готовится к занятиям, - при этих словах мне отчего-то стало еще неприятнее, - а я ничем не занимаюсь.

–  Это только первое время, а потом у тебя обязательно появится занятие!

Надо лишь привыкнуть к новой жизни!

–  Я уже достаточно обособилась, - настаивала я.

–  Нет, - холодно отрезал он.

Я недовольно отвернулась и надула губы, пытаясь показать, что я обижена.

–  И не нужно тут показывать свой характер, - передразнил меня Ник, - хватит. Я поговорю с Тео и мы вместе примем решение.

–  Я надеюсь, что ты мне поможешь.

–  Надейся.

–  Ну Ник! Не будь занудой.

–  Я не зануда!
– развел руками он и засмеялся, - просто мы заботимся о тебе. Не хотим подвергать опасности.

–  Я понимаю, спасибо.

–  Мы твоя семья. Помни это всегда.

Семья…это прозвучало так тепло от Ника. За это недолгое время, что я была в доме у Келесиади, я в полной мере почувствовала это на себе.

Семья - это там где ждут и беспокоятся. А нашем клане было именно так.

–  Знаешь, - начал Ник, - ты привнесла в наш дом то, чего нам давно не хватало. Мы привыкли не беспокоиться друг о друге. Мы же мужчины, вполне сильные вампиры, а ты…такая маленькая, молодая, еще почти ничего не знаешь о нашей жизни. Ты стала жемчужиной нашей семьи, нашим центром, поэтому мы так беспокоимся о тебе. Сама посуди: если бы ты нам не была нужна, мы бы просто дали Владимиру закончить свое дело. Он бы просто выпил всю кровь у тебя, и мы бы разошлись спокойно по домам.

–  Да уж…

–  Так что ты не бойся, мы тебя никому не отдадим!
– улыбнулся Ник.

Солнце начало припекать.

–  Пошли в дом, а то на мне крема мало слишком, - сказал Ник и поднялся с поваленного дерева.

–  Конечно, мне тоже что-то неуютно.

По дороге к дому Ник спросил у меня:

–  А как тебе Владимир?

–  Владимир… - определенного мнения на счет него у меня не было, - он странный вампир. Активный какой-то слишком. С людьми дружит.

–  Мне кажется, что он сотрудничает с охотниками.

Такое предположение Ника повергло меня в шок.

–  Откуда ты это взял?

–  Просто где Владимир, там и охотники. Помнишь, он говорил, что к нему придет друг-человек?

–  Припоминаю.

–  А как там охотники могли оказаться?

–  Ты считаешь, что он сообщил о нашем приезде?

–  Кто-то из клана Константина предупредил их. Кто-то настроен против нас.

–  Но что мы могли сделать плохого им?

–  Мы получили тебя, а они не имели притока новой крови почти четыре сотни лет! Владимир имел полное право забрать тебя к ним, но так как мы оказались проворнее, он опоздал. Поэтому кто-то из них хочет натравить на тебя охотников.

Вся радость и прелесть теплого приема в доме Константина мгновенно окрасилась в темные тона.

–  Охотники уже дома и, возможно, следят за нами, - заключил Ник.

От такого сообщения я пришла в ужас. Охотники и вампир нашли точку соприкосновения. И причина тому…зависть! Кто-то из вампиров пошел на общение с врагами, чтобы просто-напросто отомстить Келесиади.

–  Я причина такой агрессии?
– не веря повторила я.

Ник молча кивнул.

–  Поэтому ты должна слушать нас.

Мне искренне не хотелось верить в услышанное. Я чувствовала себя подавленной и расстроенной.

–  Ник, но можно же выяснить все?
– с надеждой в голосе спросила я.

–  Конечно, это мы и пытаемся сделать, - ласково ответил он.

Мне стало немного спокойнее, но чувства несправедливости не облегчило.

Мы подходили к дому, когда услышали смех Адо. он смеялся от души, во все горло.

–  Я просто не могу, - в истерике бормотал он и снова смеялся.

Я залетела в кухню и увидела следующую картину: Адо сидел за столом, перед ним лежали кучи тетрадок с записями. Он держал в руках одну из них и заходился в истерике.