Спутники согласно кивнули.

— Лошадей оставим здесь, как вы и предлагали, Аф, — продолжал он.

— В деревне? Почему? — удивился Шторм.

— Пешими мы менее заметны, кроме того, у замка лошадей оставлять опасно. Черные вряд ли сюда заявятся — им здесь делать уже нечего, а кто из вас может предложить лучшую защиту от волков-переростков, чем эти стены?

— Если звери почуют коней, они возьмут дом в кольцо — вряд ли мы сможем их разогнать!

— Об этом беспокоиться предоставьте мне, Шторм! — подал голос Аф. — Звери не почуют ничего.

— А если кто-то попытается проникнуть внутрь? Или подожжет стены? — не отступал Шторм.

— Мы запрем дверь. Да и кони могут сами постоять за себя. — Инвари оглянулся на лошадей — вороной перестал жевать и внимательно слушал. — Ворон выведет остальных наружу, и они сами найдут нас.

— Как это он выведет их из запертого дома? Взгляни на эту дверь, даже моему битюгу не под силу ее вышибить, а уж в окна кони не лазают!

— А уж об этом побеспокоюсь я! — Инвари напустил на себя загадочный вид.

Шторм посмотрел на флавина. Тот кивнул и добавил:

— Вещи пусть остаются здесь, нам нужно только оружие и немного воды. Поместье в паре часов быстрого бега. Вокруг глухой лес. Стена невысокая, из неотесанных глыб — лезть будет легко. Внутри стен целый городок — с пристройками, сараями, конюшнями и псарнями. Будет где спрятаться.

— А дальше? — Шторм снова начал есть.

— Дальше, как решат Боги! — вздохнул Инвари и поднялся. — Солнце клонится к горизонту. Мы с Афом поищем лопаты, а ты доедай и присоединяйся.

Однако Шторм отодвинул тарелку и встал. Поискал, обо что вытереть жирные руки, нашел занавеску и радостно двинулся к ней. Но потом посерьезнел.

— Это подождет! — торжественно произнес он. — Покойников надо хоронить!

Выйдя на улицу, Инвари посмотрел на трубу — воздух над ней был чист и недвижен. Ни дым, ни искры, ни даже легкое облачка пара не тревожили послеполуденный свет. Дом казался мертвым, как и все вокруг. Да так оно и было.

В полном молчании, при непривычно рано садящемся солнце, прошел обряд погребения. Инвари, пользуясь саном странника Ордена, дававшим право проводить наиболее распространенные обряды, отправил несчастные души в Последний путь. Они вспорхнули с истерзанной плоти и последовали за сияющим знаком, начертанным юношей над каждым из тел.

Найденными в сараях лопатами выкопали общую могилу, переложили туда обескровленные и обездушенные тела, забросали бурым, остро пахнущим торфом. Шторм ушел в ближайшую рощу и скоро вернулся, неся в каждой руке по паре только что выкопанных молодых деревец. Инвари благодарно кивнул и принялся копать неглубокие ямы друг против друга на востоке и западе. Вскоре деревья были посажены, политы водой, и ветви будущей кладбищенской рощи взметнулись над могилой.

Флавин, неподвижно стоявший все это время, неожиданно снял с пояса кожаный мешочек и достал щепотку серой пыли.

— Что вы делаете? — заинтересовался Шторм, но флавин, ушедший в себя, не ответил.

— Мне кажется, — прошептал Инвари на ухо Шторму, — что это земля Катаркиса — мифической родины флавинов.

— Значит, это и есть чудодейственный порошок Скрир? — ахнул тот. — Тот самый, что заставляет землю цвести зимой?

— Люди преувеличивают все, что связано с нами! — вздохнул Аф. — Но эти деревья не замерзнут при самом лютом морозе и не иссохнут от жгучего солнца, а взрослыми кронами покроются уже летом. Цветы будут цвести до поздней осени, а птицы, свившие здесь гнезда — улетать последними. Эти люди заслужили подобную память.

Больше он не сказал ничего. В молчании они вернулись в дом — в тепло, пахнущее сеном и лошадьми, жизнью пахнущее. И каждый долго не мог уснуть. Несмотря на усталость к одному и тому же подводили их мысли — к неизбежности конца.

Когда совсем стемнело, Инвари проснулся и тихо, чтобы не разбудить крепко спавших товарищей, поднялся. Он ушел на кухню, смыл тяжелый дневной сон, напился студеной воды из кадки и, бесшумно ступая, отправился в дальний угол — туда, где дремали кони. Ворон покосился на хозяина, и Инвари приблизил лицо к его уху.

— Вечером мы уйдем в замок Ванвельта, — прошептал он. — Мы можем отсутствовать сутки, самое большее двое. Если кто-то попытается проникнуть, чтобы причинить зло — убей. Если мы не вернемся к указанному сроку — отведи коней в лагерь Гэри и возвращайся домой.

Ворон возмущенно фыркнул, прижал уши и попытался наступить Инвари на ногу. Тот пакостей ждал и потому ногу отдернул. Тогда конь вопросительно глянул на дверь.

— Если будет необходимость, можешь все здесь разнести, даже крышу! — улыбнулся Инвари.