– Много, – ответил я. – Больше, чем им когда-либо доводилось видеть.

– Они обрадовались?

– Скорее, испугались. Они поняли, что теперь соседи-короли начнут им завидовать и посылать свои армии, чтобы отвоевать сокровища. Придется собирать собственное войско и копать новый ров вокруг замка, пока не распространился слух о золоте. Иначе можно было лишиться не только богатства, но и всего королевства. И вот король предупредил своих герцогов, чтобы они не разглашали тайну, и в награду за молчание пообещал каждому долю сокровищ.

Я сделал паузу и украдкой взглянул на Сару, стараясь угадать, уловила ли она скрытый намек. Пожалуй, что нет: она не шелохнулась и сидела, ожидая продолжения сказки.

– Шли дни, и король приступил к рытью нового рва. И вдруг по королевству поползли слухи о найденном сокровище. Они дошли и до королевы, и она сказала королю: «Дорогой, с герцогами нужно что-то делать».

– О, Хэнк, – вздохнув, произнесла Сара, и в голосе ее прозвучала боль.

– Король согласился с ней, и они решили убить неверных герцогов. Но, поскольку устроить публичную казнь можно было, лишь обнародовав факт разглашения тайны, король с королевой организовали рыцарский турнир и подстроили так, что один из герцогов погиб, сраженный копьем, а другой был затоптан лошадью.

– И один из них был братом короля?

Я замотал было головой, но вдруг неожиданно для себя сказал:

– Да.

– И таким образом деньги были спасены?

– Золото, а не деньги.

– Так золото было спасено? Король вырыл ров, набрал войско?

– Нет. Сразу же после убийства герцогов замок был окружен войсками соседей.

Я замолчал. Опустив взгляд, я увидел, что Аманда лежит, уставившись на меня. Она слушала мою сказку. В комнате было темно и холодно, но мы чувствовали себя уютно под теплым одеялом.

Сара скользнула рукой по моему животу и потянулась к ребенку. Я смотрел, как она гладит ее лобик кончиками пальцев.

– И какой же был конец? – спросила она. Я ощущал на плече тяжесть ее головы.

– Король уединился, чтобы подумать. Вернувшись, он застал свою королеву у бойницы в стене замка. Король был взволнован, бледен, губы его дрожали, когда он склонил голову, чтобы поцеловать королеве руку. «Дорогая, – сказал он, – наверное, нам не стоило открывать ящик. Было бы лучше, если бы мы оставили его в лесу».

– Королева целует короля в лоб, – продолжила за меня Сара, приподняв голову, чтобы поцеловать меня в лоб. – Она говорит: «Дорогой, сейчас не время говорить об этом. Войска готовы к сражению». И указывает на окрестные поля, сплошь занятые вражескими полчищами.

– Когда же нужно было говорить об этом?

– В самом начале, дорогой. Прежде чем открывать ящик.

– Но тогда мы этого не сделали. Мы не знали всего того, что знаем сейчас.

Она чуть запрокинула назад голову, пытаясь разглядеть в темноте мое лицо.

– Ты действительно смог бы отступить? Если бы представилась такая возможность?

Я помолчал. Заговорив, я так и не ответил на ее вопрос. Лишь прошептал:

– Нужно было сразу же сдать деньги.

Сара ничего не сказала в ответ на мое признание, лишь теснее прижалась ко мне. Ребенок уснул, и я ощущал мягкое тепло на своей груди.

– Сейчас уже слишком поздно, Хэнк, – прошептала Сара. – Слишком поздно.

Ранним утром, еще до восхода солнца, снег начал таять. Его сход был таким же бурным и стремительным, как и нашествие; природа как будто торопилась исправить допущенную накануне досадную ошибку. Столбик термометра резко скакнул вверх, и землю окутала серая дымка, в которой трудно было различить рассвет. Со стоном, шипением и хлюпаньем снег быстро превращался в слякоть, а она, еще быстрее, в воду, так что к восьми утра, когда я уже был на пути к городу, дороги, еще вчера скованные льдом, утопали в жидкой грязи.

Карл был у себя в офисе; я застал его за газетой.

– Ты что-то очень рано, Хэнк, – сказал он, когда, подняв взгляд, увидел меня в дверях своего кабинета. – Мы тронемся не раньше девяти.

В пустынном офисе голос его прозвучал слишком громко и, как всегда, бодро. Карл встретил меня радушно, как будто ему и впрямь было одиноко и он страдал от отсутствия компании. Он налил мне чашечку кофе, предложил булочку, и мы присели к столу.

– Я хотел заскочить в магазин, – пояснил я, – но забыл ключи.

– Тебе доверяют ключи? – ухмыльнулся Карл. Над его верхней губой обозначились усики из сахарной пудры.

Я кивнул.

– Мое лицо внушает доверие.

Шериф внимательно вгляделся в мое лицо – гораздо внимательнее, чем мне бы хотелось.

– Да, – согласился он. – Пожалуй, так оно и есть. Он вытер рот и посмотрел в окно, в направлении магазина «Рэйклиз», что находился по ту сторону улицы.

– Мне придется дождаться, пока придет Том, – сказал я. – Это будет не раньше девяти, так что может так случиться, что я задержу вас на несколько минут.