Так, похоже, нас и впрямь не подслушивают. По крайней мере, никакой реакции на наглое охаивание со стороны магов не последовало. Ехали с каменными рожами и всё тут. Любопытства особого не проявляли. Мне даже обидно стало. Можно подумать, они тут каждый день представителей мифических народов ловят. Впрочем, Тарриэль по степени внешней… хм… отмороженности мог с ними поспорить. Укоризненный взгляд был мне наградой

— «Хватит думать обо мне гадости».

— «Мне скучно».

— «Они нас не слышат. Я проверил».

— «Тем лучше. Как будем выкручиваться?».

Он помрачнел

— «Полнолуние через две ночи».

Вот как. Хороший ответ. Что ж, придётся рисковать. Я кивнула, глядя прямо перед собой

— «Знаю».

— «Если ты сможешь…»

— «Смогу».

— «Иф, они сильнее меня. И их много».

— «И что? Рискнуть всё равно придётся».

— «Я знаю».

— «Но боишься снова меня потерять. Не бойся. Ты же видишь, это не так просто».

— «Мне так и не удалось выяснить, как велики возможности этих браслетов. Что если в этот раз они не сработают?»

— «Да ничего. Выбора у нас нет».

— «Ты будешь… контролировать себя?»

— «Не знаю. Но на тебя я не нападу». — Почему-то сомнений в этом у меня не было. Хотя наспех придуманный план, да даже не план, так безумная идея, предполагала, что я сумею снять все ограничения со своей второй сущности. Проблема, собственно, была не в том, чтобы отпустить зверя на волю, а в том, чтобы сделать это в этом мире. Где мне упорно не удавалось позвать волчицу. Сообщать об этом эльфу я не торопилась.

Продвигались мы медленно. Несмотря на то, что маги оказались на удивление приспособленными к походной жизни и, похоже, никаких трудностей не боялись. Даже со странным зверем ядовито-зелёного окраса, напоминающим отчего-то белку-переростка, справились быстро и умело. Эээ… почти. Он был немного против.

Свалилось на нас это чудо буквально с деревьев. Удачно так свалилось — одним конвоиром стало меньше. Хотя такой смерти я бы никому не пожелала… Остальные рассредоточились и планомерно взялись за изничтожение зелёного монстра. Тарриэль не вмешивался, перебравшись поближе ко мне и с лёгким любопытством наблюдая за боем. Я тоже не стремилась подставляться. Зверь старательно расшвыривал магов… а мы с Тарриэлем стояли в сторонке (с лошадей к счастью, свалились раньше, чем хищник разошёлся вовсю. Ну… я свалилась. Эльф спрыгнул). Глаз с нас всё равно не спускали, не оставляя ни малейшего шанса тихо смыться в лес. Дивный нервничал, хотя едва ли кто сумел бы это заметить.

В конце концов зверя завалили совместными усилиями всего отряда. После чего и на ночлег остановились. Не на том же месте, разумеется, а отъехав подальше (ага, а перед тем изловив сбежавших лошадей. Сбежали, правда, лишь четыре, по-видимому, самые молодые или плохо обученные). Тела двоих погибших в бою маги быстро сожгли, кратенько повещав над ними что-то напутственное. Вещал старый знакомец — слепой. Который, хотя вперёд и не рвался, управлял соратниками весьма умело. Отсутствие зрения ему ничуть не мешало. Тарриэль косился на незрячего мага с откровенно исследовательским интересом. Я ему почти сочувствовала. Магу, конечно, а не эльфу.

Раненых — а их было трое — лечил самый юный маг, почти мальчишка. Мне потребовалось немного понаблюдать за ним, чтобы понять, что я и сама доверилась бы его рукам в случае необходимости. А пока… пока я предложила ему свою помощь. Понятно, никто доброты не оценил. Кроме самого целителя. Разгоревшийся спор разрешил слепой, позволивший мне помогать… но самой к раненым не прикасаться… угу, и к повязкам… и вообще… Разрешение больше походило на осторожный такой запрет. Это наводило на мысль, что… Стоп. Ни к чему об этом думать.

Я улыбнулась и предложила

— Хочешь, я найду траву, которая поможет избежать заражения?

Целитель недоверчиво вскинул голову. Впился в моё лицо безумно усталыми серо-голубыми глазами и медленно кивнул, точно не веря услышанному

— Хочу.

Улыбка не покидала моё лицо, пока я под присмотром троих магов обрывала молодые листья с торчащего в двух шагах от дороги неприметного кустика.

— Проверь. — Решил вторично оторванный от собственных дел слепой.

Целитель придирчиво осмотрел лохматые густо-зелёные листья, понюхал, зачем-то прищурив глаза. Лизнуть ему не позволили — видно лекарь в отряде лишним всё же не был. Однако и без этого юноша готов был поручиться, что вреда трава точно не причинит. Готов был… в общем, мне всё это надоело. Пришлось демонстративно полоснуть ножом по собственной руке и залепить порез размятыми листьями. Кровь остановилась мгновенно. Через полчаса, когда все убедились, что умирать в страшных муках я не тороплюсь, нервно ёрзающему целителю дозволили таки воспользоваться предложенным мной средством. А точнее, испробовать его на одном из раненых — том, кто явно не должен был дожить до рассвета. И всё.

Тарриэль всё это время молчал, ехидно поглядывая на мои попытки заняться любимым делом. И время от времени задавал вопросы. Слепому. Магам. Короче говоря, всем, кто имел глупость попасться ему под руку. Как ни странно, он даже достиг в этом некоторых успехов. Но об этом я узнала позже, когда после ужина все расползлись спать, и нам представилась возможность спокойно поговорить. Не вслух, правда.

Целитель, как только раненые были обихожены, вцепился в меня точно голодный клещ. Интересовало его… всё. От расспросов впору было взвыть, если бы мне самой не было так интересно. Драм-пиир торопливо ушуршала куда-то в темноту.