Надо же, оказывается, он думает о романе с Абигайль в прошедшем времени.

Хотя чего уж там, обвинение в убийстве теплоте отношений не способствует.

И тем не менее ему слабо верилось, что затянувшиеся ремонтные работы и сексуальная связь Эбби и Келли — звенья одной цепи. Эбби никогда не питала к мужу мстительных чувств — не лезла к нему в карман и вообще на его деньги не покушалась. Джастин знал ее достаточно, чтобы сообразить: если Келли решил как следует нажиться на ее муже, Эбби от этого не будет ни тепло, ни холодно. Ее мысли устроены по-другому, она не лезет в деловые вопросы. Хотя, с другой стороны, откуда ему, Джастину, знать, как на самом деле устроены ее мысли? Если его водили за нос, чтобы он сыграл заранее отведенную роль, — псу под хвост все эти умные рассуждения. А верится все равно с трудом. И за нос его так просто не поводишь, смеем надеяться. Он давно раскусил бы ее замысел, если бы почувствовал фальшь: общие шутки, взаимная страсть, близость духа — такое не сыграешь. А стервозность? Эбби все равно раскрылась бы перед ним, даже если это все был искусно поставленный спектакль.

Однако в интернетовской статье Джастину попалось на глаза кое-что, что отметил и Силвербуш: в доме Хармонов меняли сигнализацию, и руководил работами не кто иной, как Келли. Сигнализация эта представляла собой навороченную компьютерную систему. Отключить ее можно было с компьютера в кабинете Хармона, но при желании (долго ли умеючи) и с внешнего ноутбука. Умения Дейву Келли было не занимать. Он мог не только вырубить саму систему, но и стереть все полученные изображения и записи с жесткого диска. Как стало известно Джастину из той же статьи, сигнализацию отключили именно снаружи. Ноутбук у Келли конфискован, но пока не выяснено, им ли воспользовался взломщик. Если да, Келли остается только чистосердечное признание.

Самая серьезная улика — электрошоковое ружье. Найденное у Дэвида Келли в гараже. По чьей наводке, непонятно — Силвербуш с Холденом свои источники не выдают. Согласно официальной версии, это результат блестящей операции, проведенной Холденом.

За Джастином Уэствудом, напротив, никаких блестящих операций в этом деле не числится.

А от того, что числится, впадаешь в ступор: встречался с женой покойного Хармона, наверняка был в курсе ее отношений с Келли и намерений касательно убийства, следующий на очереди в главные подозреваемые. Тем более его временно отстранили от должности. Бедолага коп с нелегкой судьбой, попавший под чары жестокой обольстительницы, проявил, оказывается, не меньшую жестокость, раз не погнушался принять участие в зверском преступлении.

Хармон-старший выступил с заявлением, что он будет надеяться до последнего: за содеянным стоит не его невестка, однако, если это все же ее рук дело, он не сильно удивится. Сын говорил ему, что жена гуляет направо и налево, и оба Хармона очень переживали по этому поводу. С женой Эван не развелся, ведь он сильно ее любил. И Хармон-старший невестку тоже очень любил, но сейчас… сейчас в его сердце любви не осталось. Только скорбь о сыне.

Джастин понял, что самое время отправиться за третьей бутылкой пива.

Дойдя до кухни, он почувствовал, как наваливается тяжким грузом небывалая усталость. С бутылкой холодного пива в одной руке, другой он оперся на плиту — и резко отдернул, ругнувшись от боли. На ладони начал вспухать волдырь. Обозвав плиту по матери, Джастин повернул ручку под правой конфоркой. Растяпа, готовил омлет и опять забыл выключить плиту. Вот если бы здесь сейчас оказалась Эбби, чтобы снова коснуться обожженной руки своими прохладными губами… Нет, Эбби здесь будет не скоро. А может, вообще никогда не будет.

Джастин глубоко вздохнул, потряс головой, чтобы выкинуть ненужные мысли, и направился с пивом назад в комнату. Хлебнул из горлышка, и, когда в бутылке осталось от силы несколько глотков, у него родилась идея. С минуту он вертел ее так и сяк, прикидывая, бред или не бред. Решил, что бред, но попробовать надо. Набрал номер. Из трубки невыразительным «алло» отозвался отцовский голос, и когда Джастин тоже сказал «алло», отец ответил, что как раз собирался ему звонить.

— Что произошло, Рональд объявился?

— И да, и нет.

— В каком смысле?

— Он мертв. Полиция нашла тело.

— Ох ты боже мой! Где?

— Недалеко от Уорика, там, где аэропорт Грин.

— В Роки-Пойнте?

— Да.

— Рядом с Тайдуотер-драйв?

— Да…

В голосе Джонатана Уэствуда послышалось удивление пополам с настороженностью.

— Точно?

— Как ты догадался?

Джастин не ответил. Он потряс головой и переспросил:

— Папа, ты не ошибся? Его точно там нашли?

— Не ошибся. Мне только что звонила Виктория. У нее был Ди Пецио, приехал сообщить ей лично. Может, до сих пор там сидит.

— Это убийство?

— Насколько я понял, да.

— Как именно его убили?

— Джастин, я-то откуда знаю? Я такие вопросы задавать…

— Извини, извини. Поговорю с Билли сам и все выясню.

Джастин замолчал. Однако мысли в голове при этом крутились как бешеные. Между Тайдуотер-драйв и рекой Провиденс заброшенная стройка, ее заморозили лет тридцать назад, и теперь она торчит там, как бельмо на глазу. Площадку по старой памяти называют «Дрогановской», по имени застройщика, который развернул там свою бурную деятельность, а потом слинял. Тогда у стройки началась другая история, темная — мафиозные группировки прятали там трупы своих жертв. За последние годы было обнаружено несколько тел, от которых тянулись ниточки к организованным преступным группам Новой Англии. Но при чем тут Рональд Ла Салль? Для мафиози он интереса не представляет. Заурядный рохля-финансист, консерватор. Не стыкуется. Во что этот Рональд вляпался, чтобы помереть такой смертью?