— Можно и сегодня, — ответил Мел.

У ступенек Коппер вновь одолела робость. На нее заново нахлынули сомнения: правильно ли она поступила, согласившись выйти замуж за Мела, что это будет за брак? После того, как они объявят Меган о свадьбе, обратного пути не будет. Вот сейчас они поднимутся по этим ступенькам и войдут в новую жизнь, и целых три года будут играть условленные роли, обманывая всех вокруг, кроме самих себя.

— Ты действительно считаешь, что мы справимся? — опасливо спросила она.

Мел остановился с ней рядом, заглянул в ее тревожные глаза.

— Конечно, справимся, — сказал он, беря обе ее руки в свои теплые ладони, — ведь я буду думать о Меган, а ты о своем проекте, и все у нас получится.

Сила исходила от его рук настолько ощутимо, что Коппер ухватилась за них и сразу почувствовала себя уверенней.

Они стояли в сгустившихся сумерках. Мел крепче сжал ее пальцы.

— Все будет хорошо, — тихо произнес он, медленно нагнулся и коснулся губами губ Коппер. На этот раз Коппер не ощутила никакого волнения — лишь необыкновенную нежность, тепло и покой. Она безмятежно потянулась навстречу поцелую. Прошло несколько долгих секунд, и Мел поднял голову.

Молча, сплетя пальцы, они смотрели друг на друга, изумленные этим неожиданным наваждением. Из забытья их вывел Бретт, громко барабанивший в сетчатую дверь.

— Эй, хватит уже! — заявил он, взглянув на них. — Вы не одни, и пиво согреется!

В кухне, ослепленная ярким электрическим светом, Коппер прятала глаза от Мела, не знала, что ей делать с руками, все еще горевшими огнем, будто пальцы Мела оставили на них свою печать. Губы до сих пор помнили тепло поцелуя. Почему Мел поцеловал ее? Поддался, как и она, невольному порыву страсти или хотел ободрить? Или услышал в коридоре шаги Бретта и срочно начал вживаться в новую роль?

Меган ничего не понимала, пока Мел не посадил ее к себе на колени и не объяснил, что хочет жениться на Коппер и тогда ей не придется уезжать из Бирраминды.

Меган была явно не готова к такому развитию событий.

— А она долго проживет у нас?

— Долго.

Большущие голубые глаза бесцеремонно уставились на Коппер.

— Всегда? — настойчиво переспросила Меган, и улыбка Коппер угасла. Она взглянула на Мела поверх темной головки Меган.

— Надеюсь, что да, Меган, — ответила она. Девочке будет почти восемь, когда истечет срок договора. Для четырехлетнего ребенка это целая вечность.

Меган, видимо, сочла разговор законченным. Коппер почему-то ожидала, что она бросится ей на шею, но Меган в свои четыре года повидала слишком много чужих теть, которые приезжали и вскоре уезжали восвояси. Похоже, теперь ей вообще было трудно довериться кому-либо. Она слезла с отцовского колена и спокойно занялась своими делами. Позже, когда Коппер зашла пожелать ей доброй ночи и нагнулась поцеловать, две цепкие ручки обняли ее за шею.

— Я тебя люблю, — пылко заявила Меган, и глаза Коппер наполнились внезапными слезами.

— И я тоже тебя, родная.

— Я рада, что ты будешь папиной женой, — тихонько прошептала девочка.

— И я тоже, — шепотом ответила Коппер, обернулась и увидела Мела, стоявшего в дверях детской.

— И папа тоже, — сказал он.

— Я его вижу!

Приплясывая от нетерпения, вцепившись в руку Коппер, Меган свободной рукой указывала на появившуюся в противоположном конце прохода худощавую фигуру Мела. Следом за ним шел Бретт. На миг они остановились, всматриваясь в толпу.

Коппер и сама уже увидела Мела. Две недели они с Меган жили без него в Аделаиде, старательно готовясь к его приезду, и вот он здесь, такой же спокойный и сдержанный, как обычно. Куда же делось ее отрепетированное самообладание? Коппер очень хотелось поменяться местами с Меган, которая с восторженным визгом мчалась навстречу отцу и знала точно, что он улыбнется и подхватит ее на руки.

Сердце грозило разорвать грудную клетку, воздуха не хватало, но гордость вынуждала Коппер стоять на месте.

— Привет, — сказала она, пытаясь улыбнуться; Мел увидел ее и застыл.

На Коппер было бледно-желтое летнее платье с круглым вырезом и летящей юбкой в складку; в руках — простая соломенная шляпка. Мел глубоко вздохнул.

— Коппер, — выдавил он и запнулся, будто не зная, что еще сказать. Голос у него был странный, напряженный.

Мел обнял ее, привлек к себе, и она удивилась легкости, с которой подставила ему губы для поцелуя. Ее рука бессознательно обвилась вокруг его талии, ища опоры, которой была лишена последние две недели. Коппер и не подозревала, что ей так нужна была эта опора.