Клифф снял трубку телефона и позвонил в участок дежурному сержанту:

– Блэйк, это я. Свяжись с Вашингтоном, с отделом регистрации автомобилей, и запроси все, что у них есть о Ките Лондри. – Он продиктовал имя по буквам, потом добавил: – Ездит на черном «саабе-900». Год выпуска не знаю, номера не могу разглядеть. Как только что-нибудь получишь, немедленно сообщи мне. – После этого Клифф набрал справочное бюро. – Мне нужен номер телефона Лондри, Кита Лондри, проживает Каунти-роуд, 28, ему должны были установить телефон совсем недавно.

– Под таким именем никто не значится, сэр, – ответила ему оператор службы информации.

Клифф повесил трубку, потом снова снял и набрал номер почтового отделения.

– Это Бакстер, соедините меня с начальником почты.

Через несколько секунд в трубке послышался голос Тима Ходжа, начальника местного почтового отделения:

– Могу чем-нибудь быть вам полезен, шеф?

– Да, Тим. Проверь-ка, нет ли у тебя нового абонента по имени Лондри, должен числиться среди сельских адресов, прибыл из Вашингтона. Да, из того, что в округе Колумбия. [12]

– Сейчас посмотрю, не вешайте трубку. – Спустя несколько минут Ходж снова подошел к телефону и проговорил: – Да, один из наших сортировщиков видел пару счетов или чего-то в этом роде, отправленных из Вашингтона. Для Кита Лондри.

– А имя жены на этом отправлении не стояло?

– Нет, только его имя.

– Это временная переадресовка?

– Нет, похоже, смена постоянного адреса. Что, с ним какие-нибудь проблемы?

– Никаких. Просто стояла пустая ферма, а тут недавно обратили внимание, что на ней кто-то появился.

– Да, я помню стариков, которые там жили, Джорджа и Элму. Переехали во Флориду. А этот парень кто?

– Сын, наверное. – Клифф немного подумал, потом спросил: – Он арендовал почтовый ящик?

– Нет: если бы арендовал, оплата прошла бы через меня.

– О'кей… слушай, я бы хотел посмотреть, что ему станет приходить.

Наступила длинная пауза, на протяжении которой почтмейстер сообразил, что просьба начальника полиции носит не совсем обычный характер.

– Извините, шеф, – произнес Тим Ходж. – Мы уже с вами о таких вещах говорили. Мне необходимо распоряжение суда или другой официальный документ.

– Черт возьми, Тим, я ведь говорю только о том, чтобы взглянуть на конверты, а не вскрывать корреспонденцию.

– Да… но… если это плохой человек, обратитесь в суд…

– Тим, я прошу всего-навсего о мелкой услуге, и, если тебе когда-нибудь что-то потребуется, ты тоже знаешь, к кому обратиться. Если уж на то пошло, то за тобой должок: помнишь, как твой зять попался за рулем мертвецки пьяный?

– Д-да… о'кей… то есть вы хотите просто взглянуть на конверты во время сортировки?..

– Это у меня может не всегда получиться. Переснимай на ксероксе лицевую и обратную стороны всего, что станет ему приходить, а я буду время от времени заглядывать.

– Н-ну…

– И не распространяйся об этом – я тоже не буду. Передавай от меня привет дочке и ее мужу. – Клифф повесил трубку, продолжая катить дальше по прямой сельской дороге; он не смотрел по сторонам, а размышлял над только что услышанным. «Человек только вернулся, телефона у него еще нет, а насчет доставки почты он уже распорядился. Почему он вернулся?»

Он включил автомат контроля скорости и принялся жевать кусочек вяленого мяса. Клифф Бакстер помнил Кита Лондри еще по средней школе, и то, что он знал об этом парне, ему не нравилось. Конечно, знал он о Лондри не так уж много и не был знаком с ним лично, но, с другой стороны, Кита Лондри знали все. Это был один из тех парней, которым заранее предначертан почти верный успех в жизни: первоклассный спортсмен, книжный червь и при этом пользовавшийся такой популярностью у девушек, что ребята вроде Клиффа Бакстера ненавидели его от всей души.

Клифф с удовлетворением припомнил, что несколько раз в школе намеренно задевал или толкал Лондри, и тот ни разу ничем ему не ответил, только всякий раз произносил: «Извините», словно это он был виноват. Поначалу Клифф считал его маменькиным сынком, но потом некоторые из друзей Клиффа посоветовали ему быть с Лондри поосторожнее. Не признавая этого открыто, в глубине души Клифф твердо знал, что они правы.

В школе Клифф на год отставал от Лондри и вообще не обращал бы на него никакого внимания, если бы только тот не ухаживал за Энни Прентис.

Клифф принялся размышлять о таких людях, как Лондри, – тех, что всегда совершают одни только правильные поступки, что ухаживают за правильными девушками и которым, кажется, все так легко и просто дается. Хуже всего то, подумал Клифф, что этот Лондри – сын простого фермера, парень, который по выходным сам выгребал навоз со скотного двора; его родители приходили в автомагазин «Бакстер моторз», сдавали в зачет покупки какое-нибудь старое дерьмо, на котором ездили, и приобретали такое же дерьмо, только новое, оплачивая разницу в стоимости. У этого парня даже не было собственного ночного горшка, да и своего окна, в которое он мог бы выплеснуть содержимое этого горшка, тоже не было; таким людям предначертано всю жизнь пахать землю и выгребать навоз, а вместо этого он набрал целую кучу стипендий – от церкви, от «Ротари-клуба», от организации ветеранов иностранных войн и даже от штата, а ведь это были деньги, которые власти штата выколачивали из таких налогоплательщиков, как Бакстеры, – и отправился в колледж. А в результате этот сукин сын воротит нос от тех, кто остался здесь. «Паскуда!»