Кит понятия не имел, что могло сейчас происходить в доме на Грей-лейк, но в одном он был уверен: ни о каком примирении там не могло быть и речи. Он попытался немного успокоить себя, вспомнив заверения Энни, что она знает, как совладать с Клиффом Бакстером. К тому же, по правде говоря, Кит был уверен: после того, что довелось увидеть Бакстеру – собственную жену с ее любовником, в постели, голыми, – в нем что-то сломалось. Оставайся он хотя бы наполовину разумным человеком, Бакстер бы не стал похищать собственную жену и не устроил бы всего того, что он там учинил, – наоборот, он бы постарался вести себя по возможности сдержанно, чтобы защитить и сохранить свою должность, свои власть и влияние, свою репутацию. Сейчас же Бакстер был явно убежден, что для него все кончено, и уверенность в этом лишала его последних остатков и без того слабых самоконтроля и способности следовать общепринятым нормам поведения.

Конечно, Бакстер ее не убьет, нет. Но он устроит ей такую жизнь, что она сама станет мечтать и молить о смерти.

Они ехали, и Кит непрерывно давал Чаку указания, где и куда сворачивать.

– Откуда вы тут все так хорошо знаете? – удивился Чак.

– Я здесь родился.

– Нет, правда? Так вы из этого штата? Дай пять, Джон!

Кит счел себя обязанным ответить на столь горячее проявление земляческих чувств, и они обменялись крепким рукопожатием.

Некоторое время спустя они были уже возле дома Портеров. При подъезде к дому обзор во все стороны оказался отличный, и ни одной полицейской машины в поле зрения не было видно – да и вообще ни одной машины, никакой, и даже автомобиль Портеров не стоял, как обычно, на дорожке у дома.

– Сворачивай сюда, Чак.

Чак подъехал к дому, и Кит сказал:

– Спасибо, дружище. Все, приехали.

– Но ведь это не Лима.

– Да вроде бы нет. Вот тебе шестьдесят, и еще двадцать сверху, держи. Буду снова в Толидо, увидимся.

– Ну, спасибо…

Кит открыл дверцу и вышел.

– А мне понравилась твоя машина, – сказал он.

– Хороша, правда?!

Быстрым шагом Кит направился к задней двери дома. В огороде никого не было, однако дверь оказалась незаперта, и он вошел в дом. Кит позвал хозяев, но никто не откликнулся. Он поставил дипломат на кухонный стол, запер заднюю дверь, потом прошел к передней и тоже закрыл ее на задвижку.

Кит вернулся на кухню, открыл холодильник, достал оттуда бутылку апельсинового сока и булку с отрубями и проглотил ее, запивая соком прямо из бутылки. В желудке стало тяжело, и снова начались приступы тошноты, однако ему удалось сдержать их. Все-таки его физическое состояние было явно неважным, и держался он только на нервном возбуждении и на кипевшей в нем ненависти.

Он не имел ни малейшего представления, куда уехали Портеры и когда они могут вернуться, но был в общем-то рад, что их нет дома.

Рано или поздно кто-либо – спенсервильская полиция, или шериф, или его помощники либо какой-нибудь из патрулей – неважно кто, но кто-то обязательно заглянет сюда, так что ему надо торопиться. До северной части Мичигана отсюда почти триста миль, а ему еще необходимо достать ружье, машину, одежду и всякие мелочи, нужные для охоты.

Кит направился в прихожую и уже стал подниматься оттуда на второй этаж, как вдруг услышал, что кто-то стучит в переднюю дверь.

Кит быстро прошел в гостиную и осторожно выглянул в окно. Прямо перед домом стояла машина полиции Спенсервиля.

В машине никого не было, так что вопрос теперь заключался в том, сколько полицейских стоит сейчас за дверью. Шенли говорил, что они ездят поодиночке. Снова послышался стук в дверь, на этот раз более сильный и настойчивый.

Разумеется, Кит был не обязан открывать, но если это один из тех полицейских, что были вместе с Бакстером в мотеле, то Кит был не прочь пообщаться с ним и, возможно, позаимствовать у него машину и пневморужье, которое обязательно должно быть в машине.

Кит снова выглянул в окно, посмотрел по сторонам и увидел Кевина Уорда: тот стоял перед дверью, уперев руки в бока и засунув большие пальцы за пояс, и явно не ждал никаких неожиданностей.

Кит подошел к входной двери и резко распахнул ее.

– Привет!

Прежде чем Уорд успел среагировать, Кит изо всех сил ударил его в пах, Уорд согнулся пополам и Кит моментально втащил его внутрь, пинком ноги захлопнул дверь, а сам тем временем что есть силы врезал Уорду ребром ладони по шее. Уорд, почти без сознания, рухнул на пол.

Кит снял у него с пояса наручники и приковал его правую руку к трубе парового отопления. Потом расстегнул и снял с Уорда пояс с прикрепленной к нему кобурой.

Уорд тем временем пришел в себя, и Кит спросил:

– Что, меня ищешь?

Уорд лежал на боку и потому до него не сразу дошло, что он накрепко прикован к трубе. Он яростно посмотрел на Кита и прошипел:

– Ах ты, сраный…

Кит достал из кобуры служебный пистолет Уорда, взвел курок и нацелил револьвер Уорду в голову.

– Где твой босс?

– Да пошел ты…

Кит выстрелил в дощатый пол прямо под носом у Уорда, и того в полном смысле слова подбросило на несколько дюймов.