По спине Леоны пробежал холодок.

– И в чем же состоит ваш талант?

Халси горделиво приосанился.

– Я не обычный химик, мисс Хьюитт, – заявил он. – Я настоящий гений в науке сверхъестественного. И я посвятил свой талант изучению состояния сна.

– Зачем?

– Потому что это восхищает меня. Видите ли, сон – это такое состояние, в котором сметаются барьеры между нормальным и паранормальным. Все видят сны, мисс Хьюитт. Это служит доказательством того, что в натуре у каждого – или у каждой – есть склонность к паранормальному, даже если человек не знает об этом.

Леона заставила себя беззаботно пожать плечами.

– Вынуждена согласиться с вами, – кивнула она. – Но что из этого?

– Поздравляю вас с тем, что вы согласны. Но сразу видно, что ваше понимание природы сновидений не приводит вас к логическому выводу.

– Какому же?

Глаза Халси под линзами очков сверкнули демоническим блеском.

– Ну как вы не понимаете? Если ученый может манипулировать снами, то он сможет контролировать и все остальное в человеке.

Развалины древнего аббатства неясно вырисовывались в лунном свете. Таддеус замер на краю леса в тени. Калеб стоял с одной стороны от него, Фог – с другой. Они внимательно изучали гору камней.

– Она там, – сказал Таддеус.

– Если только мерзавец не отвез ее в другое место после того, как Шаттл и его дружок привезли ее сюда, – сказал Калеб.

– Она там, – повторил Таддеус. – Ты только посмотри на Фога. Он тоже чувствует ее.

Они взглянули на собаку, которая замерла, указывая носом на аббатство.

– Трудно поверить в то, что он может учуять ее на таком расстоянии, да еще сквозь все эти камни, – задумчиво промолвил Калеб.

– Думаю, у него с ней какая-то особая связь, – заметил Таддеус. – И у меня тоже.

Калеб не стал спорить.

– А ты сможешь удерживать его, пока мы будем в аббатстве? Если его отпустить и он начнет выть, мерзавцы поймут, что мы рядом.

Таддеус осторожно потянул поводок, прицепленный к ошейнику Фога. Пес никак не отреагировал на это: все его внимание было сосредоточено на аббатстве.

– По правде говоря, я не знаю, смогу ли удержать его, когда Леона окажется рядом, – сказал он. – Но я уверен, что он нам нужен. Это наша главная надежда, и я думаю, что он поможет нам быстро разыскать Леону в этой груде камней.

– Зачем вы привезли сюда Энни? – спросила Леона.

– Энни? – Халси ее вопрос явно озадачил. – Это ее имя?

Энни в углу плакала так громко, словно ее сильно ударили.

– Так вы даже не знаете ее имени? – удивилась Леона.

– А к чему оно мне? Она для меня интереса не представляет, так, объект для исследования. Две предыдущие умерли в ходе экспериментов. Вот я и сказал Делбриджу, что мне нужна еще одна подопытная. А он, в свою очередь, отправил Монстра, чтобы тот привез мне подходящий материал.

– Так это вы в ответе за девушек, которые исчезли с улиц?! Вы проводили на них опыты?! – воскликнула Леона.

Халси усмехнулся:

– Но ведь не мог же я проводить эксперименты на себе, не так ли?

– Да как вы смеете! – возмутилась она.

– Боже мой, мисс Хьюитт, ну что за причина для столь сильных эмоций? Я ученый, и мне необходимо проводить эксперименты, а для них нужен материал. Энни… не представляет ценности. Равно как и две предыдущие особы. К тому же они были обычными проститутками.

– Что вы с ней сделали?

– Я пытался создать противоядие против моего яда, отправляющего человека в мир ночных кошмаров. Оно может быть полезно – мало ли что случится… Но как я уже выяснил, бороться с ночными кошмарами невозможно. Энни вдохнула ядовитые испарения вчера. А ночью я дал ей противоядие.

Леона сжала руки в маленькие кулачки.

– Похоже, противоядие не подействовало, – заметила она.

– Вообще-то Энни прожила дольше двух других девушек, но я должен признать, что эксперимент не был удачным. – Халси с сожалением вздохнул. – И вот теперь Энни стала сумасшедшей. Она не поправится. Мне придется избавиться от нее и найти другую Девушку для проведения новой серии опытов.

Леоне захотелось вцепиться в его горло пальцами и вытрясти из него дух. Вместо этого она заставила себя найти другую тему для разговора.

– Лансинг мертв, – объявила она.

– Да, я слышал. – Лицо Халси с резкими чертами скривилось от отвращения. – Говорят, он упал, пытаясь перепрыгнуть с одной крыши на другую. Удачное избавление от подобного субъекта. Признаюсь, у этого типа были какие-то примитивные таланты, но от них было мало толку, к тому же, он был умственно нестабилен. Говорил я Делбриджу, что он опасен, но его светлость вбил себе в голову, что он ему нужен как пара-охотник, которого можно использовать в качестве убийцы.