– Э-э-э... – я собирался с мыслями. – Я смотрю, серьезная у вас организация, раз в ней существуют такие порядки. Но Кодекс я бы немного поменял, какой-то он немного устаревший...

– Наемники – одна из самых уважаемых гильдий в Империи, а Кодексу уже больше тысячи лет. Он является главным сводом наших законов, – просветил меня Даркин.

– Хорошо, допустим, я понял, что вам нужно отомстить и выручить остальных, но ведь можно и не вступать в ряды Королевских Кэльвов, чтобы сделать это.

– Алекс, – улыбнулся Даркин. – Мне Крот рассказал очень многое. Он говорил, что именно ты научил всех своих ребят сражаться так, что они стали демонами битвы. Я видел, как они стреляют из лука, я видел, как некоторые из них владеют клинками, я видел сегодня тебя в лагере... Никто из нас не может похвастаться такими умениями, а без них мы будем для вас просто обузой.

Я подумал, что длинный язык Крота нужно немного укоротить. Так, самую малость, чтобы не разбалтывал все секреты первому встречному. Да, пусть он отличный парень и свой в доску, но вот трепаться мог бы и поменьше.

– Ну, раз вы уже знаете так много, что, скажу по секрету, меня не радует, то должны догадаться: для вас пути назад уже не будет. Чтобы овладеть этими знаниями, вам нужно будет принести мне клятву верности, готовы ли вы на это?

Я заметил, что при словосочетании «клятва верности» некоторых наемников передернуло.

– Мы согласны, – сказал Даркин.

Его слова подтвердили и остальные, кто кивком, кто словами. Я поглядел на них и решил дать им последний шанс, чтобы в будущем в отряде не возникало различных неприятных ситуаций.

– Но ведь тогда вам придется разорвать все, что связывало вас с прошлым. Вы больше не вернетесь в Империю, к родным, знакомым. Ну и, кроме того, после клятвы вы не сможете покинуть отряд и будете служить королю Мардинана. Разве это не противоречит вашему Кодексу?

Даркин улыбнулся в ответ, явно потешаясь над тем, что я не знаю прописных истин.

– У наемника нет своей семьи, а его родные знают, что однажды он может погибнуть, так что это не является для нас веской причиной. А то, что мы будем служить королю другой страны, для нас не преграда. Ведь нам же будут выплачивать жалованье, значит, это всего лишь долгосрочный контракт. А по поводу того, что мы не сможем покинуть отряд, я скажу так. За то время, пока я был с вами, я успел приглядеться к ребятам и к тебе. Нет, я не скажу, что успел изучить всех досконально, но могу с уверенностью заявить, что все Кэльвы – достойные парни, для которых честь – не пустой звук. Однако больше меня поразило то, что вы все являетесь... одной семьей, одним кланом, совсем как имперские наемники. Поэтому я думаю, что для нас всех будет огромной удачей, если ты возьмешь меня и моих людей в свой отряд.

Я задумался. Все выходило даже лучше, чем я планировал, а это настораживало. Странная штука, даже моя интуиция молчала по этому поводу, а я все раздумывал, делать этот шаг или нет. Слишком уж все быстро произошло, я даже не успел изучить наемников как следует, не знал, чего от них ожидать... А с другой стороны, разве у меня есть иной выход? Ладно, чего тут думать, нужно действовать, положившись на известное русское «авось». А наемники... Если у них такой правильный Кодекс, вряд ли среди них попадутся гнилые личности. Такие в их среде долго не задерживаются, а команда Даркина сложилась уже давно. В общем, хватит думать!

– Хорошо, я приму вас в отряд, – сказал я и увидел, как Даркин сдерживает облегченный вздох. – Клятву придется приносить сейчас же, времени мало.

Заметив настороженность на лицах многих наемников, я добавил:

– Кто не желает, я заставлять не буду.

Подождав, чтобы те, кто не готов к такому шагу, подумали и в последний раз взвесили все «за» и «против», я сказал:

– Тогда приступим.

В этот раз процесс происходил немного быстрее, сказывалась практика. Ко мне по очереди подходили наемники, говорили по моим подсказкам текст клятвы и отдавали несколько капель своей крови, на основе которой я формировал плетение и встраивал в их ауры. Все шло быстро и почти безболезненно, заодно мне стали известны все имена спасенных. Закончив с последним наемником, я начал формировать финальный элемент, который должен был обеспечить обратную связь. Наемники молча смотрели на то, как у меня в руках формируется клубок, из которого вылезают щупальца и тянутся к ним. Судя по их реакции, ничего подобного они раньше не видели, так как некоторые с трудом подавили желание бежать от этого плетения куда подальше. Но процесс уже было не остановить, и я начал произносить свой текст клятвы:

– Я, Алекс Эльф эр’Таррин, клянусь заботиться обо всех, кто сейчас принес мне клятву верности. Я клянусь всеми своими силами сохранять их жизни и здоровье, не причинять зла им и их близким. Я клянусь не предавать отряд, и пусть моя кровь будет гарантией моих слов.

Плетение развернулось и коснулось аур наемников, соединяясь с ними и формируя каналы, которые будут связывать нас. Приготовившись к боли, я глубоко вдохнул и зажмурился. Помогло это, конечно, слабо, но чисто психологически мне показалось, что сегодняшняя процедура прошла немного легче. Я даже умудрился не растянуться на земле, а просто упал на колени, корчась от неземных ощущений. Увидев Темноту, я не стал удивляться, а просто улыбнулся ей и постарался вернуться в свое тело, плавая в огромном океане боли и пытаясь усмирить свои чувства.

Когда я открыл глаза, то сквозь яркие пятна света увидел склонившиеся ко мне лица Даркина и Крота. Слегка проморгавшись и вытерев непрошеные слезы, я заметил, что Крот стоит практически голым, если не считать сапог. Усмехнувшись, я понял, что они что-то мне говорят, но слух еще не восстановился, поэтому я просто прошептал:

– Со мной все нормально, через несколько минут приду в себя.

На лице Крота я увидел облегчение, он повернулся к Даркину и стал что-то торопливо ему объяснять, а я в это время начал восстанавливать свой организм. Одновременно я размышлял, почему это мне понадобилось так много времени, чтобы очнуться. Вон, даже за Кротом успели сбегать, хотя до речки далековато. Но потом я понял, что мои новые способности сыграли в этом немалую роль. Я ведь на время потерял контроль над блокировкой энергии, поэтому мои ощущения так невероятно усилились, что мне пришлось довольно прилично провозиться, прежде чем удалось прийти в норму. Да и сейчас я с трудом брал под контроль свое осязание, сращивая разорванные нити и восстанавливая разрушенные ткани.