Шрифт:
– С удовольствием послушаю.
Он уселся поудобнее, руки положил на стол, перед собой, и посмотрел ей прямо в глаза:
– Ну?
– Издеваешься, да?
– Какие же вы все-таки… женщины… Какие же вы дуры! Бабье, одним словом!
– Я ничего не буду рассказывать, – обиделась Маша.
– Будешь. Нам надо чем-то его прижать. Поэтому выкладывай.
– Хорошо. Когда я забеременела… он… В общем, он сделал вид, будто хочет бросить свою богатую жену и жениться на мне. На самом деле, это была ловушка. Он испортил тормоза на моей машине, думал, что я разобьюсь.
– Ты это серьезно?
– Да. Но получилось так, что мою машину взял брат. Он поехал на ней, и… В общем, он разбился. Погиб. Семь лет назад. Кстати, Надя – его невеста. С тех пор мы вместе и…
– Выходит, криминал? Ты в милицию-то ходила?
– Да. Там я встретила Мишу.
– Постой… Жених, да? Тот самый мужик, что был передо мной?
– Никого перед тобой не было! – сердито сказала она. – Миша мой друг. Он пытался мне помочь.
– Дело-то завели? – с усмешкой спросил Илья.
– Я забрала заявление, – тихо сказала Маша.
– Почему?
– Обстоятельства так сложились. В общем, Володя предложил мне денег. Я была одна, на чужой квартире, беременная, абсолютно беспомощная…
– А как же Миша?
– Он тоже сказал: возьми деньги. И Надя. И я взяла. Вот откуда у меня эта квартира.
– Теперь понятно, как работает наша милиция, – усмехнулся Илья. – Ты хоть с ним поделилась?
С Мишей?
– Перестань!
– От того, что я перестану, толку не будет, – он тяжело вздохнул. – А богатая жена знает? О твоем ребенке? О том, что ее ненаглядный убил человека?
– Не сам убил. По его просьбе испортили тормоза у моей машины.
– Выходит, он заказчик. Сколько ты говоришь, времени прошло?
– Семь лет.
– Семь лет. Многовато. Если только припугнуть оглаской… Кто он теперь?
– Как и тогда: бизнесмен. Дела у него идут хорошо. Ах, да! У него тесть – банкир!
– Не в Думе, часом, сидит? – усмехнулся Илья.
– Подробностей я не знаю.
– Плохо. Как ты говоришь, его зовут? Володя?
– Владимир Васильевич. У него офис на Чистых прудах.
– Поговорю с ним, а там видно будет. Если же не подействует… – Илья выразительно сжал кулаки.
– Если не подействует, то что?
– Придется пойти к его жене. Говоришь, и дочки есть?
– Да. Взрослые. Одна учится за границей, в Швейцарии, кажется. Другой… дай-ка я посчитаю… Шестнадцать, да.
– А жена у него какая?
– Стерва, – уверенно ответила Маша.
– А, если отбросить эмоции?
– Думаешь, я из ревности? Избалованная папина дочка и стерва, вот она кто! По крайней мере, такая была семь лет назад! И ходит с охраной! Так что, ты к ней не подберешься! Не обольщайся!
– Не забывай, кто я. Секс-символ российского экрана. Для меня любые двери открыты, – похвастался Илья. – Узнаю, где она будет, на какой тусовке, и подгребу туда. Делов-то!
– А если она не ходит на тусовки?
– Куда-нибудь да ходит, – уверенно ответил он. – Им надо вести светскую жизнь. Я ее расколю, не бойся.
– А если она не станет тебя слушать?
– Если бы, да кабы… Но сначала, конечно, я набью ему морду, – Илья сладко зажмурился.
– Тебя в тюрьму упекут, – сердито сказала Маша.
– А кто меня на это подбивал не далее, как сегодня?
– Мне нужен его костный мозг, а без крови я как-нибудь обойдусь.
– Экая ты кровожадная! Ладно, будет тебе мозг. Ну? Успокоилась?
– Успокоюсь, когда он приедет в больницу.
– Договорились. Еще что ли, водочки выпить? – Илья посмотрел на початую бутылку.
– У тебя завтра съемки.
– Что мне будет, с двух-то рюмок?
– Да пей!
– Нервы ни к черту, – пожаловался он, наливая водку. – Хорошо, съемки заканчиваются. Я фильм имею в виду. Сериал-то еще снимаем. Но на денек-другой можно вырваться. В офисе-то воспитательный процесс начинать несподручно, надо бы застать его в злачном месте, и тогда… В какие клубы он ходит?
– Со мной ходил в пятницу вечером, как правило, в самый дорогой и пафосный ночной клуб. Думаю, если ты пойдешь туда, то не ошибешься.
– Покажи мне этого господина, – сказал Илья и, махнув рюмку водки, потянулся к банке с солеными огурцами.
– Надо будет подъехать к его офису к концу рабочего дня. Там я тебе его и покажу… Это похоже на шпионский боевик!
– Наконец-то настоящее дело!
– Я вижу, ты рад.
– Да. Я рад. Рад, что могу тебе помочь, могу действовать. Рад, что, наконец, появилась и мужская работа. Мне как-то даже легче стало. Все будет хорошо, я в этом уверен.