– А вы уверены, что он у вас есть, талант?

– Уверен.

– Что ж… Ах, да! – спохватилась Маша и пододвинула к нему листки с отпечатанным текстом. – Вот ваше интервью. Прочитайте.

Он, нехотя, стал читать. Маша в это время внимательно следила за его лицом. Наконец-то у нее была возможность его рассмотреть! И кто сказал, что Богатырев – красавец? Если приглядеться, нос слишком широкий, а вот лоб низковат, да и глаза небольшие, широко поставленные. Волосы светлые… Глаза… Она вздрогнула. Почему ей так знакомы эти глаза? Цвета гречишного меда, с золотыми искорками. И этот взгляд из-под мохнатых ресниц…

– Я крашусь, – спокойно сказал он, не отрывая глаз от текста.

– Что?

– Волосы, говорю, крашу. Что, темные корни отросли?

– Я не…

– Ты так меня разглядываешь. Что-то не в порядке?

– Я тоже крашусь, – неожиданно призналась она.

– Для вас, женщин, это нормально.

– По-моему, для любого актера это нормально.

– Да? – он поднял взгляд от текста интервью и посмотрел на нее. – Значит, ты не блондинка?

– Нет.

– Жаль.

– Тебе нравятся блондинки? – она неожиданно для себя перешла на «ты».

– Нет.

– Тогда, где логика?

– Логики нет. Просто ты мне нравишься блондинкой. Это плюс. Но есть и минус.

– Интересно, какой?

– Есть любимые женские имена, а есть нелюбимые. Мое нелюбимое женское имя «Маша». Когда я знакомлюсь с женщиной и слышу «Маша», на этом все и заканчивается.

– А мне не нравятся боевики.

– Ну и на здоровье!

– А почему ты волосы красишь?

– Черт его знает! – он пригладил вихор на макушке. – В том суперрейтинговом сериале я был блондином. Сказали: нужен Илья – Богатырь, славянский тип. Глаза у меня темные, с ними уж точно ничего не сделаешь, а вот волосы…

– Можно контактные линзы вставить. Цветные контактные линзы.

– Ну, их, – махнул рукой Илья. – Обойдусь. Да и волосы брошу красить. Вот мандраж пройдет.

– А ты что, мандражируешь?

– А ты как думала? Что я не человек? Провалится фильм – что дальше? Богатырев – сериальный герой! И все, конец. Актер одной роли. Ты как думаешь, провалится фильм, или нет?

– На мой взгляд, сценарий не очень, – осторожно сказала Маша.

– Полное дерьмо!

– Но думаю, на фильм пойдут. Подростки, твои поклонницы…

– Думаешь? – обрадовался он. – Мне сейчас до зарезу нужен успех.

– А кому он не нужен?

– Это уж точно! – Илья рассмеялся.

– Ну, а как тебе интервью? – Маша кивнул на лист, который он держал в руке.

– Да вроде нормально.

– Что-то не устраивает?

– Да нет, все в порядке.

– Я его перепишу.

– Да зачем?

– Мне кажется, оно слащавое.

– Есть немного.

– Вот если бы ты рассказал мне о своем детстве, о первой любви…

– Это ни к чему, – сразу помрачнел он.

– Что, она была несчастной?

– Нет.

– Ты поступил с ней нечестно? С девушкой?

– Слушай, давай не будем об этом?

– Я все равно перепишу.

– Делай, как знаешь. – Он сложил листки и протянул ей. Спросил: – Во сколько у тебя ужин?

– Ужин?

– Ну да. Свидание во сколько?

– Вечером.

– Тогда сейчас ты поедешь со мной.

– Куда?

– В ресторан!

Он поднялся и вопросительно посмотрел на Машу:

– Ну? Идем?

– Я вообще-то…

– Есть не хочешь?

– Хочу!

– Ну и в чем же дело?

Она и в самом деле была голодна. Потому сказала:

– А, идем! Только без карточных фокусов!

– И губную гармошку с собой не брать?

– Нет! И кирпичей не надо!

– Идет!

Маша тряхнула кудрями, и, провожаемая взглядами мужчин, сидящих в кафе, направилась к выходу. Илья шел следом, она спиной чувствовала его взгляд. Фигуру разглядывает. Спускаясь по лестнице, она обернулась и спросила:

– Ну и как?

– Порядок, – кивнул он. И поддержал ее под локоть: – Осторожно! Всегда удивлялся: как это женщины ходят на таких высоких каблуках?

– А как они волосы красят, не удивлялся?

– Удивлялся! – рассмеялся Илья.

– Ну и как?

– Проще пареной репы!

– Также и каблуки.

– Надо попробовать! Они рассмеялись оба.

Очутившись на улице, Маша замялась. Как быть с машиной? Ехать на двух, что ли?

– Ну, в чем дело? – нетерпеливо спросил он.

– Я на машине. И ты на машине.