Шрифт:
– Ее нет. То есть, она далеко. Я звоню с работы.
– Ах, да! У тебя новая секретарша? А она часом не подслушивает?
– Я с мобильного звоню.
– Ну, за дверью подслушивает. Скоро весь офис будет знать, что их хозяин – убийца!
– Ты ведешь себя, как ребенок.
– Зачем ты звонишь?
– Нам надо поговорить.
– О чем?
– Я не могу об этом по телефону.
Она посмотрела на часы. До поезда еще уйма времени. А неплохо было бы посмотреть ему в глаза!
– Хорошо, – сказала она. – Но учти: у меня мало времени.
– Где тебе будет удобно? – обрадовался он.
– В «Макдоналдсе».
– Глупые шутки.
– Ага. Детские.
– Это серьезный разговор, я хочу, чтобы он состоялся в отдельном кабинете.
– Я же сказала, что у меня мало времени.
– Я знаю, где ты живешь. Поблизости есть неплохой ресторан, я сейчас позвоню туда и закажу столик. Сколько тебе надо времени, чтобы собраться?
– Не знаю.
– Я думаю, полчаса, не больше. И десять минут, чтобы дойти. Короче, я тебя жду. Я сам тут же выезжаю. Запоминай адрес…
Теперь он говорил тоном делового человека, он вновь принялся считать. Мозг-калькулятор перешел в привычный режим работы и теперь выдавал правильные цифры и графики. Бизнесмен Владимир Васильевич готовился заключить очередную выгодную сделку. Она знала, что таким тоном шеф разговаривал, когда собирался на деловую встречу. Маше стало тоскливо: назначено не свидание, переговоры. Она машинально запомнила адрес ресторана, где они должны были встретиться через сорок минут.
«Он торопится. Он слишком торопится. Я посажу его в тюрьму. У него ничего не выйдет. Никаких денег я не возьму».
– До встречи, – услышала она. Отбой.
«У него все равно ничего не выйдет…», – подумала Маша и начала собираться. Скромное темное платье, гладкая прическа, полное отсутствие макияжа, обувь на удобном низком каблуке. Это не свидание, это деловая встреча. Так думает он. Ей же просто хочется посмотреть ему в глаза. Что там? Что чувствует убийца? Страх, что его разоблачат и посадят в тюрьму? И все? Ей было и противно и… любопытно. Словно чертик внутри сидел, вот-вот выскочит, ляпнет глупость, или же глупость сделает. И она боялась этого. Ей не хватало уверенности, а, главное, жизненного опыта.
Минут через сорок она вошла в отдельный кабинет, где для них был приготовлен столик. Он уже был там. Поднялся, вышел ей навстречу. Спросил мягко:
– Как ты?
Маша оторопела. Вот это оборотень! Будто и не он хотел ее убить! Какой-то другой человек. У нее просто не было слов. Только и смогла выговорить:
– Я в порядке.
Он отодвинул стул, усадил ее, заботливо спросил:
– Ты голодна? Мне кажется, ты похудела.
– Я…
– Давай сначала сделаем заказ.
– Я ничего не хочу.
Не слушая ее, он подозвал официанта. Заказал ее любимые блюда, гораздо больше, чем она могла съесть, а под конец сказал:
– И бутылочку красного вина. Лучшее, что у вас есть.
– Я не буду пить.
– Напитки сразу, остальное минут через десять, – по-прежнему не слушал ее Володя.
Официант ушел.
– Ты что, не слышал? Я не буду пить! И есть я тоже не буду!
– Тебе надо успокоиться. Как ребенок? Как ты себя чувствуешь?
– Ушам своим не верю! По-моему, больше всего на свете ты хочешь, чтобы я умерла! Настолько плохо я себя не чувствую!
– Я понимаю, что тебя захлестывают эмоции. Да, нехорошо получилось.
– Нехорошо?!!
– У тебя богатая фантазия, Машенька. Разумеется, ничего такого я не делал.
– Какого такого?
– Всего, что ты себе напридумывала.
– Ты думаешь, у меня в сумочке диктофон? – расхохоталась она.
– Я ничего не думаю.
– Нет, ты думаешь… Ты думаешь, что я пришла тебя шантажировать.
– Я знаю, что ты хорошая, чистая девочка. И думаю, что мы с тобой договоримся. Разве не так?
– Хорошо, что ты предлагаешь?
Принесли сок и вино. Сомелье открыл бутылку, показал пропитанную вином пробку и наполнил на треть оба бокала. Они какое-то время молчали. Когда опять остались одни, Володя сказал:
– Тебе надо выпить. Ты очень устала, это заметно.
– Я тебе в третий раз говорю: я не буду пить.
– Ребенку это не повредит.
– А вдруг ты решил меня отравить? Раз с автокатастрофой ничего не вышло.
– Не говори ерунды, – поморщился он. – Бутылку открывали при тебе.