– Да.
– Ответил Артакс.
– Превратиться в зверя, например.

– Да вы… - Заикнулась Самира. Она замолчала, глядя на Артакса.
– Вы, видимо, не знаете, что эта просьба является оскорблением для неодентов?
– Спросила она.

– Почему?
– Спросила Рина.

– Представь, что к тебе подойдет какой нибудь человек и попросит раздеться на глазах у всех.

– Кажется, я поняла.
– Сказала Рина, усмехнувшись.

– Зачем вам это нужно?
– Спросила Самира.

– Это нужно Аллину. Ему будет легче, если он это увидит.

– Это смахивает на какое-то… - Заговорила Самира и замолчала, глядя на Аллина.
– Это всегда пугает людей.

– Людей, а не зверей.
– Сказала Рина.

– Ты хочешь это увидеть, Аллин?
– Спросила Самира.

Аллин кивнул головой и взглянул на Артакса.

– Я даже не знаю.
– Сказала Самира.

– Можно я ему покажу, мама?
– Спросила Линна.

– Да ты с ума сошла, Линна!
– Воскликнула Самира.
– И не думай. Да ты и не умеешь.

– Умею. Я уже так делала.

– Делала? Когда?

– Весной, в парке.

– Так, значит, это была правда? Ты напугала Тиграна?

– Ну… - Проговорила Линна, опустив голову.
– Да.

– Ну, я еще с тобой поговорю. А теперь иди в свою комнату.

Линна ушла.

– Я все понимаю, но я не буду этого показывать.
– Сказала Самира.
– Вы должны понять, что нельзя требовать подобного от неодента. Я не обижаюсь на вас. Вы этого не знали, но теперь вы должны знать.

В зал вошел человек.

– Мэм, вас к телефону.
– Сказал он.

– Кто?

– Ваш муж.

– Иду.
– Сказала Самира и поднялась.
– Подождите меня здесь.
– Сказала она гостям и ушла.

– Ну что, Аллин?
– Спросила Рина.
– За язык тебя кто-то тянул?

– Я думал, она мне друг.

– Друзей надо беречь, Аллин. А ты этого не сделал.

– Как? Она же…

– Она ничего не знает. А ты поступил как глупый осел. Ты хочешь стать ослом, Аллин?

– Не хочу.
– Ответил он.

– Раз не хочешь, ты не должен говорить то что ты говоришь. Правда, не правда. Ты должен понимать все. Ты на Хвосте, а не на Ренсе. Здесь никто не считает крыльвов друзьями. И, если ты будешь, вот так на этом настаивать, тебя никто не будет считать другом.

– Почему?

– Потому что ты должен, сначала, доказать что ты друг, что тебе можно верить, что твои слова что-то значат. Вот тогда, ты и сможешь говорить что-то свое не боясь, что твои друзья перестанут ими быть.

– Я не понимаю. Мама говорила, что друзья, это навсегда.

– Навсегда, Аллин. Друзья это навсегда. Между друзьями бывают споры и ссоры, но настоящие друзья всегда ими остаются. И ты должен сам за них бороться. Понимаешь?

– Понимаю.

– Вот и хорошо.

Аллин обнял Артакса и уткнулся в него лицом. Самира вернулась в зал.

– Рис приедет завтра утром.
– сказала она.
– Он был удивлен, узнав, что здесь вы.

– Аллину надо поспать.
– сказал Артакс.
– У вас не найдется места для него?

– Конечно.
– ответила Самира.
– Идемте. У нас всегда есть комнаты для гостей в готовности. Рис приедет не один.

Самира проводила Артакса, Рину и Аллина наверх и предложила им на выбор несколько комнат. Они выбрали ту, где могли быть все вместе. Артакс остался с Аллином, а Рина вернулась с Самирой в зал.

– Что вы теперь собираетесь делать?
– спросила Самира.

– Трудно сказать.
– ответила Рина.
– Что нам дадут делать?

– На Хвосте давно изменились все законы.
– сказала Самира.
– Здесь живут свободные люди.

– Свобода бывает разной.
– сказала Рина.

– Разумеется. У нас нет места преступникам.

– Остается только узнать, что здесь считается преступлением.
– Ответила Рина.

Самира улыбнулась и взглянула куда-то в сторону.

– Скажи честно, вы совершали преступления?
– Спросила она, повернувшись вновь к Рине.

– Если принять определенные условия, по которым судить что есть преступление, то нет.
– Ответила Рина.

– Что это за условия?

– Не считать преступлением участие в военных действиях.

– Вы воевали на стороне Дентрийской армии тогда?

– Нет. Мы воевали на своей собственной стороне. Но это была именно война, а не что либо другое.

Самира глубоко вздохнула, делая какой-то свой вывод.

– Ты мне веришь или нет?
– Спросила Рина.

– А почему я должна не верить? Я верю. Как ты смотришь на то что бы пообедать?