– А где ты их брала?

– Нигде. Эта сила медленно накапливается за многие годы жизни.

– И так мог сделать Аурав?
– Спросила Сильвия.

– Мог. Но тогда у тебя не родился бы Аллин.

– Почему?

– Не знаю. Таков закон природы. Если ты кого-то превратил в крыльва, то ты не можешь стать его супругом. Перед этим можно, а после нет.

– Это как?

– Думаю, он сделал бы так после рождения Аллина, если был бы здесь.
– Сказала Иммара.

– И ничего мне не сказал.
– Прорычала Сильвия.
– Вот зараза!

– Кто зараза?
– Прорычал Аллин.

– Папочка твой.
– Сказала Сильвия.

– Почему? Он хороший, а не зараза.

– Он хороший, но все равно.
– Сказала Сильвия.

– И что нам теперь делать?
– Спросила Рита.
– Нас же теперь никто не узнает.

– Узнает.
– Сказала Иммара.
– Правда вам придется пропасть на некоторое время.

– Мы вообще-то ушли в поход.
– Сказала Сильвия.

– Ну, тогда, совсем никаких проблем.
– Ответила Иммара.
– Я вас научу как превращаться в самих себя и еще в других зверей.

– И меня научишь?
– Зарычал Аллин.

– Ты еще маленький, Аллин. Ты научишься, когда тебе будет двадцать лет.

– Двадцать? Это же так долго!

– Не долго. Ты потом еще будешь жить тысячи лет, так что это совсем не много.

– А если я все подслушаю?

– Подслушивай сколько хочешь.
– ответила Иммара. Она взглянула на Сильвию и Талиму.
– Вы готовы?

– Готовы.
– Сказала Талима.

– А ты Сильвия?

– Я готова.

– И я готов.
– Прорычал Аллин.

– Тогда, начинаем.

Словно что-то включилось в голове Сильвии. Все вокруг расцвело странным невероятным светом, и она увидела нечто, чего никогда не видела. А вместе с этим видением возник голос. Было ясно, что это голос Иммару, но он был другим. Он входил прямо в сознание, создавая в нем сразу целые картины. Сильвия и Рита почти не помнили себя. Они слушали и слушали этот голос. Он объяснял как надо превращаться, как летать, как становиться молнией и уходить в космос… Телепортация, превращения, невероятные действия с окружающими предметами… И сила. Огромная сила, полная неуязвимость перед обычным оружием и огромная сопротивляемость другим…

Они словно очнулись ото сна. В уши вошел шум леса. С неба капал дождь. Сильвия и Рита лежали рядом друг с другом. Рядом была Иммара и где-то невдалеке по лесу ходил Аллин. Он словно что-то услышал и пробежал.

– Мамочка!
– завыл он и прыгнул к ней.
– Мамочка. Ты жива?

– Жива.
– сказала Сильвия.
– Что произошло, Иммара?

– Прошло девять дней.

– Девять?!

– Девять. Так было нужно. Ничего не случилось. Вы теперь знаете все что необходимо на первое время. И теперь подобных уроков не будет.

– А зачем это было нужно?
– прорычала Рита.

– Что бы вы научились всему с максимальной скоростью.
– ответила Иммара.
– Ну, вы в порядке? Можете стать самими собой.

Иммара переменилась, превращаясь в женщину.

Сильвия взглянула на Аллина. Она слышала его мысленный голос, в котором было беспокойство.

– Все хорошо, Аллин. Не беспокойся.
– сказала Сильвия.

– А ты сама не беспокоишься? Я же слышу.

– Ладно. Все пройдет.
– Сильвия взглянула на Иммару и вспомнила урок превращений. Она переменилась в одно мгновение, превращаясь в себя.

– Ау!
– завыл Аллин и шлепнулся на землю.

– Ну как? Я похожа на себя?
– спросила она у него.

– Похожа.
– ответил он и лизнул ее. Сильвия не удержалась на ногах, упала на траву и Аллин подвинувшись к ней начал лизать ее еще больше.

– Аллин!
– воскликнула Иммара.

– Что?

– Перестань лизать меня.

– Почему? Иммара сказала, что все крыльвы лижут друг друга, когда любят.

– Она тебе небось наговорила всего?

– Наговорила. Она мне много всего объяснила.

– Чего?

– Того чего я не понимал. О том что такое инстинкт и почему крыльвы едят людей.

– Иммара!
– завыла Сильвия.

– Ты его послушай, а не кричи.
– ответила Иммара.
– Расскажи ей, Аллин, что я тебе говорила.

– Крыльвы жили на Ренсе много лет. Жили сами по себе и не были знакомы с людьми. А люди не были знакомы с крыльвами. А потом они встретились. Люди решили, что крыльвы это дикие звери, а крыльвы решили, что люди дикие. Потому и ели людей. А люди из-за этого начали войну. А потом крыльвы решили, что нельзя есть разумных существ. Можно только всяких неразумных и еще бандитов.