– Откуда это?
– спросил Триангел.

– Ты хочешь стать жертвой, Триангел?
– спросил Артакс.
– Если не хочешь, ешь. Не будешь есть, я тебя заставлю силой.

– И как же это?

– Не заставляй меня показывать как. Триангел. Ешь. Этот зверь тебя чуть не убил, а ты как дурак отказываешься есть.

Триангел не стал больше ничего говорить. Он хотел есть и взял мясо. Артакс съел еще несколько кусков, мяса, выпил воды и поднялся.

– Идем.
– сказал он и они двинулись через пещеру.

Артакс провел Триангела к тому же проходу, по которому они уже пытались подниматься и они полезли наверх.

– Ты уверен, что это надо сделать?
– спросил Триангел.

– Думаешь, нас оставят в живых, если мы выйдем из лабиринта, Триангел? Не оставят. Так что лезь.

Подъем был долгим и тяжелым. Под конец Триангел совсем обессилел и Артакс привязал его веревкой к себе, помогая подыматься вверх.

Они вылезли из какого-то колодца в довольно большом зале и огляделись. Артакс вновь схватил Триангела за руку и наклонившись понесся через зал. Через несколько мгновений в нем возникли огненные струи, которые понеслись вслед за людьми.

Два человека выскочили в коридор, пол под ними провалился и они полетели куда-то по наклонной плоскости.

– Путь закончился.
– проговорил Артакс, когда они влетели в какую-то стену. Вокруг были только камни, а рядом лежали чьи-то кости.

– Отсюда нет выхода, Артакс.
– сказал Триангел, глядя на кости.

– Есть выход.
– ответил Артакс.
– Мы пойдем назад.

– По этой сколькой поверхности?
– спросил Триангел, глядя на уходившую ввысь гору.

Артакс поднялся, оглядел стену, затем вступил на гладкую поверхность горки и сделав несколько шагов вверх упал, подскользнувшись.

Он снова встал, затем сел около горки и тронул поверность рукой.

– Что скажешь?
– спросил Триангел.

– Хорошо сработано.
– ответил Артакс.
– Здесь не хватает хорошей шкурки.

Триангел усмехнулся, а Артакс подошел к своей сумке и вынул оттуда пару листов крупной шкурки.

– Ты это знал, что ли?
– спросил Триангел, перестав смеяться.

– Не так что бы знал, но кое о чем думал.
– ответил Артакс. Он примерил шкурку к своим ботинкам и вырезал пару накладок.

– А теперь приклеим их.
– сказал он.
– А пока клей сохнет, можно отдохнуть.

– Сколько ему сохнуть.

– Часа четыре.
– ответил Артакс.

Он достал клей, намазал им свои ботинки и приклеил к ним шкурку.

– Ты так и будешь сидеть, Триангел? Хочешь, что бы я за тебя все делал?

Триангел зашевелился и сам сделал то что было нужно. Они сели вдвоем и поставили ботинки в стороне.

– Думаешь, мы подымемся?
– спросил Триангел.

– Подымемся. Главное, верить. А сейчас лучше поспать.

– А если кто сюда придет? Какой нибудь зверь.
– сказал Триангел.

– Тогда, мы его попросим вытащить нас отсюда.
– ответил Артакс и лег на бок.
– Спи, Триангел.

Артакс проснулся в полной темноте и взглянул на часы. Прошло уже полторы суток с начала похода. Он тронул Триангела и включил свет.

– Твоего фонаря хватит?
– спросил Триангел.

– Ты меня просто обижаешь.
– ответил Артакс.
– Разумеется, хватит. Я же все рассчитал. Не все, конечно, но что можно то рассчитал. Пора подыматься.

Они шли по поверхности вверх, срывались, снова шли, снова срывались…

– Сколько времени?
– спросил Триангел, когда они остановились после очередного провала отдохнуть.

– Полночь. Двое суток, Триангел.

– Мы так будем до конца жизни выбираться.

– Не болтай. Идем.

Они вновь двигались вверх и поднялись на пару десятков метров. Артакс тронул стену и какой-то камень вывалился из нее наружу.

– Здесь выход, Триангел.
– сказал Артакс. Триангел не удержался и слетел вниз.

Артакс прыгнул в дыру и зацепился за камни. Он выворотил еще пару булыжников, вылез из тоннеля и найдя за ним твердую площадку выглянул к Триангелу.

– Ты жив там?
– спросил он.

– Жив, вроде. Ты стоишь?

– Стою и это навсегда.

– Почему?

– Потому что я снаружи. Лови веревку, Триангел.

Артакс бросил Триангелу веревку и зацепил ее за камни.

– Поймал.
– сказал Триангел.

– Подымайся по ней. Здесь хорошая дыра. Артакс развернулся и огляделся. Перед ним была настоящая пропасть. Он положил фонарь на камень и некоторое время смотрел по сторонам. Идти можно было только по узкому карнизу.