Шрифт:
– Я те ща въеду по твой компетенции! Где Людка, бля?
– Она от нас ушла. Говорят, ее у «Пригорья» видели.
– Что-то я не въезжаю, она что, там теперь снимается?
– Получается, что так.
– А кому она отстегивает?.. Это ж территория Бекаса… Вот сука конченая, нашла к кому переметнуться. Я ж ее, падлу!..
– Да ладно тебе, братан, – влез в разговор Ломовик. – Из-за какой-то шмары с Бекасом цепляться.
– Она не шмара, – нахмурился Гвоздь. – Она конкретно моя телка… Только ты прав, братуха, с Бекасом нам цепляться рано. Нам передых нужен. А потом и на Бекаса можно. Тогда и Людку за жабры возьмем. Я ей, суке, покажу, как раком зимуют!..
– Э-э, да тут знаешь сколько мочалок, которые только и ждут, когда ты им это покажешь, – осклабился Кирпич. – Знаю я тут одну. Сосет, как помпа, мозги на фиг через трубу высасывает…
– Оно и видно, что тебе все мозги высосали, – развеселился Гвоздь. – Давай сюда эту маруху!
Телка, которую сватал Кирпич, ему не понравилась. Не слабую на вид мордашку портили прыщи, фигурка вроде ничего, да ноги слишком короткие, к тому же еще и кривые. Зато рот рабочий – с этим все в полном порядке.
Сначала Гвоздь просто пил с ней водку, затем загнал под стол и заставил работать в режиме помпы. Пока не разрядился, было все нормально. А когда она выкачала из него весь интерес, прогнал ее пинками.
– Скучно, бля, – потягиваясь, сообщил он. – И ваще, надоело мне здесь. За Людкой поехали!
– Да поздно уже, – промямлил Кирпич.
– А я сказал, поехали!
Водка смешалась с адреналином, эта горючая смесь распирала Гвоздя изнутри, толкала на приключения.
К ресторану «Пригорье» он подъехал за полночь. Вместе с ним в машине сидели его кореша. Под ногами лежали короткоствольные «аксуши». Даже по пьяной лавочке Гвоздь не рискнул появиться на вражеской территории без оружия.
На пятачке перед кабаком никого не было. Зато внутри было шумно. Но соваться в ресторан Гвоздь не стал. Если его там узнают, – а это запросто, – будут проблемы. А ему проблемы не нужны. Людку бы трахнуть, а разборки – потом.
Рядом с ним остановилась «Волга». Из нее выбралась стройная девка с пышным волосом.
– Во, бляха, шмара образовалась, – подал голос Кирпич. – Капусту с клиента срубила и на базу.
– В натуре, через нее Людку пробьем! – решил Малышок.
– Давай пробивай! – велел ему Гвоздь.
Самому из машины выходить не хотелось.
Малышок с Ломовиком захомутали девку, сунули ее в машину.
– Зачем… Зачем так?.. – завозмущалась шлюха. – Я бы сама… Э-э, мальчики, да вас много… Я так не согласна!
– А кто тебя спрашивает? – Гвоздь развернулся к ней, сунул под нос пистолетный ствол.
– Ну что, согласна?
– С-согласна… Только не убивайте!
Машина с места взяла в карьер и понеслась по пустынным городским улицам.
– Людка где? – спросил Гвоздь.
– Какая Людка? Их у нас две. Одна уже давно, а одна новенькая…
– Рыжая?
– Рыжая. Терпеть не могу рыжих…
– Чего?
– А почему они ее взяли, а меня нет… Я, конечно, понимаю, там субботник. Но ведь дело принципа…
– Хорош трещать. Давай по теме говори. Где Людка?
– Ее Сырок забрал. На субботник. У них сегодня из СИЗО ребята вышли. Встречу вот организовали… Меня бы, между прочим, могли взять. А взяли Людку. Вот сука! – завистливо прошипела шлюха.
– Хватит вонять, а? – осадил ее Гвоздь. – Кто у вас там из СИЗО вышел?
– Да есть тут один крутой пацан. Пыжик его кличка. Может, слышал?
– Да уж слышал… Кто еще с ним?
– Да вроде Барсук какой-то. Вакула, что ли… Я так, краем уха слушала.
– Так это, Людка сейчас с ними?
– Ну да.
– Вот падла! – не на шутку разозлился Гвоздь.
И свирепо посмотрел на Ломовика.
– Ты понял, да? Эти козлы вам в кабаке репу начистили. Из-за них Цуцика завалили. С ментами опять же из-за них проблема… И что? Я здесь, а эти козлы мою Людку жарят? Это как называется?
– Да хрен с ними!
– И хрен с ними! И Людка с ними! Беспредел, в натуре… Где эти козлы оттягиваются? – спросил он у шлюхи.
– Где? Сейчас, сейчас… – напрягла она память. И вдруг до нее дошло, что она слишком много болтает. – Я не знаю… Честное слово, не знаю!
– Да? Тогда какого хрена ты нам нужна такая хорошая?
Гвоздь незаметно вытащил обойму, клацнул затвором, взвел курок и нажал на спуск. Послышался холостой щелчок.
– У черт! Ствол заклинило! – соврал Гвоздь.