Чердыня напрягся, сказал:

– Подробней.

– После того, как пришло сообщение о перестрелке на мосту, мы выслали на место следственно-оперативную группу и экспертов. Они осмотрели этот «фольксваген», но сначала ничего не нашли… Дело в том, что взрывом сумку с кейсом выбросило из машины и забросило на фонарную стойку. Обнаружили два часа назад. Потому что с моста сумку было не видно, увидели только с реки… В сумке находится кейс с «Ужасом». Все предметы – сумка, пластиковый кейс и сам «прожектор» – сильно деформированы взрывом, но это «Ужас» – точно.

– Номер? – спросил Чердыня.

– Пока не знаем. Как только эксперты прочитают – сообщу.

– Понятно, – сказал Чердыня. – А усилитель? Почему вы считаете, что в «фольксвагене» перевозили антенну– усилитель?

– Это всего лишь допущение, основанное на предположении, что где «Ужас», там и антенна-усилитель к нему. Что, разумеется, не факт. Но у нас есть фрагменты некой металлической конструкции, разрушенной взрывом.

– А может, это фрагменты ну, например, домкрата?

– Нет, это не домкрат.

– Железки уже у вас?

– Их везут. Думаю, что через час будут у меня.

– Я пришлю Михельсона, – ответил Чердыня.

Через час десять минут Михельсон позвонил Чердыне и сказал: да, это фрагменты антенны– усилителя.

Чердыня выругался – сбывались его самые худшие опасения.

Мастер поехал на встречу с «группой Х». Это было рискованно. Мастер надел парик, очки, обработал руки спреем «Перчатка» и повесил на шею собственноручно сшитый «кошель». Внутри находились раскатанные в плоскую лепешку двести граммов пластида, две батарейки и дистанционный взрыватель. Привести его в действие можно было с двух автономных пультов. Один пульт Мастер положил в карман пиджака, второй прикрепил лейкопластырем на предплечье левой руки. Мастер решил, что с этого момента и до завершения операции он не будет снимать «кошель» ни днем ни ночью.

Мастер взял трость и вышел из дому. Покрутившись по городу, через час он остановил машину возле метро «Площадь мужества», там взял такси и поехал на улицу Савушкина. С Савушкина пешком прошел на Приморский. Посреди широкого (специально расширяли во времена Большой Мамы) проспекта стояли два дома. Раздваиваясь, проспект обтекал их, как река обтекает утес. Мастер посмотрел на окна квартиры, которую снял неделю назад – шторы были задернуты, на одном из окон стоял розовый пластмассовый жираф… Мастер извлек из кармана телефон, позвонил и когда человек на том «конце провода» отозвался, сказал: я привез вам привет от Лазаря Моисеевича.

Мужской голос ответил: да, да, очень ждем.

Мастер перешел дорогу, вошел в подъезд. Он поднялся на третий этаж и позвонил в дверь квартиры. Ему тут же отворили, и он шагнул внутрь.

Сели в кухне. Познакомились. Мастер назвался Ивановым. Один из мужчин – Лаврентием, второй – Бульдогом. Стали пить чай. Из окна кухни открывался вид на Большую Невку, Каменный остров и на проспект.

– Эта кухня, – сказал Мастер, – и есть ваша позиция.

Лаврентий с Бульдогом переглянулись.

– Да, – сказал Мастер, – работать Председателя будете прямо из окна… Как только кортеж Председателя окажется на дистанции тысяча метров – открываете огонь. Кортеж в это время будет находиться аккурат на самом верху виадука.

Лаврентий и Бульдог одновременно посмотрели в окно. Возможно, представили, как по виадуку летит кортеж Председателя. Потом они опять переглянулись и повернули головы к Мастеру. Было понятно, что им хотелось узнать: из какого же оружия предстоит стрелять по кортежу, который мчится со скоростью за сотню и в котором два десятка совершенно одинаковых машин?.. Мастер слегка усмехнулся, сказал:

– Залезь– ка, геноссе Лаврентий, на антресоль в прихожей, принеси оттуда большую сумку.

Лаврентий поднялся и вышел из прихожей, прихватив с собой табурет.

Было слышно, как скрипнули дверцы антресоли. Спустя двадцать секунд Лаврентий вошел в кухню. В левой руке он нес табурет, в правой – большую дорожную сумку. Он поставил сумку на стол.

– Открой сумку, Бульдог.

Бульдог вжикнул молнией, раздвинул в стороны края. Внутри был тубус, свернутый из упаковочного картона, плотно перебинтованного скотчем.

– Распакуйте, – сказал Мастер.

Бульдог вытащил тубус, поставил его на кухонный стол. А Лаврентий достал из рукава финку, разрезал скотч. Внутри тубуса оказалось байковое одеяло, перевязанное в нескольких местах бечевкой. Лаврентий вопросительно посмотрел на Мастера.

– Открывайте, открывайте, – кивнул Мастер. Лаврентий перерезал бечевку. После этого осторожно развернул одеяло. Открылась вороненая конструкция конической формы.

– Знаете, что это такое? – спросил Мастер.