Леночка очнулась и оправилась отъ охватившаго ее страха только на площадк пятаго этажа, куда она скатилась. Безумный страхъ владлъ ею. «Вотъ оно, вотъ оно», — думала она, — «большевики. Я попала къ нимъ въ ловушку».

Она подобрала платье, застегнула блузку и въ страх, не отдавая себ отчета что длаетъ, побжала внизъ по лстниц, выскочила изъ дома и пробжала нсколько кварталовъ, не замчая ни домовъ, ни улицъ. Она остановилась только у входа въ подземную дорогу. Тутъ были люди, и не было такъ страшно. Она похала домой. У нея отъ ушиба и нервнаго потрясенiя разболлась голова. Дома она съ трудомъ дозвонилась. «Мамочка» предавалась послобденному сну. Ольги Сергевны не было дома.

Неонила Львовна впустила Леночку и сейчасъ же снова завалилась на постель. Леночка прошла въ комнату Ольги Сергевны и легла. Въ голов шумло. Ее била лихорадка. Она смутно сознавала, что случилось нчто ужасное. Если Софи вырвала записку, она знала ея содержанiе. Она въ ней была заинтересована. Она знала по-Русски. Она и Жанъ не были французами, но были Русскими большевиками, нарочно подосланными, чтобы слдить за ними.

Сквозь сильную головную боль мысль Леночки работала удивительно ясно и логично. Точно какой-то клубокъ распутывался передъ нею, и все становилось яснымъ. Во всемъ, во всемъ виновата та «авантюра», куда «влипли» полковникъ и Мишель Строговъ. Она была давно раскрыта большевиками и имъ надо было только добыть доказательства. Софи была подослана, чтобы слдить за ними. Они вс обречены. Тутъ мысли путались. Что же дальше длать и какъ спастись? Прежде все надо дождаться Софи и начисто объясниться съ нею. Сказать обо всемъ Ольг Сергевн или лучше не говорить? Нтъ, лучше пока молчать. Надо узнать все отъ Софи.

Леночку предательство подруги не возмущало. Въ школ второй ступени она и не такое предательство видала. Но здсь противъ предательства можно было бороться. Он были не въ Совтской республик, а въ Париж, переполненомъ «блыми» Русскими и, если она скажетъ имъ, кто такое Софи Земпель, ее заставятъ вернуть записку. Это были смлые и гордые планы. Они быстро и какъ-то совсмъ непослдовательно смнялись полнымъ упадкомъ духа и тогда Леночка тряслась въ лихорадк и съ тревогою прислушивалась къ тому, что длается на двор. Ей слышались гудки автомобиля, грохотъ грузовика, людской гомонъ. Она въ тревог поднималась на постели. Въ эти часы все было тихо въ этомъ мстечк, вс жители были на работ или на служб въ Париж и оно было пусто. Леночка ждала возвращенiя Софи. Должна же будетъ она вернуться.

Софи не приходила. Ольга Сергевна вернулась усталая и раздраженная. Отъ ея вчерашняго праздничнаго настроенiя и слда не осталось. Обдали молча. Скоро посл обда полегли спать. Леночка не спала. Она все прислушивалась, когда вернется Софи. Ты не возвращалась.

Леночка ршила искать Софи въ Сорбонн, хать въ Русскiй ресторанъ. Тамъ она скажетъ всмъ, что съ нею сдлали, ее поймутъ и должны же они, Русскiе, ее защитить. Это же Парижъ!.. Парижъ!!.

Въ Сорбонн Софи не оказалось. Леночка дождалась перерыва на завтракъ и похала въ ресторанъ.

Смутно и невесело было у нея на душ. Ршимость изобличить Жана и Софи смнялись безотчетнымъ страхомъ и желанiемъ никогда не встрчаться съ ними.

Уже издали Леночка увидала, что ихъ три мста были свободны. Прислуга берегла ихъ для постоянныхъ постителей. Красивая блондинка посторонилась передъ Леночкой, давая ей мсто. Леночка, не думая, заказала себ что то. Она ла машинально. Противъ нея сидлъ лохматый бородачъ и, размахивая дымящейся папиросой и пуская дымъ въ лицо Леночк, сердито говорилъ своему собесднику.

— Воинствующее безбожiе лучше, въ тысячу разъ лучше полнаго равнодушiя и бойкота вры, овладвающихъ все боле и боле матерiалистическимъ мiромъ Европейскихъ странъ. Воинствующее безбожiе возбуждаетъ въ населенiи протестъ, желанiе бороться. Вы посмотрите, какъ отвчаетъ населенiе на вс преслдованiя христiанъ въ совтской Россiи. На мсто разрушаемыхъ, растутъ новые храмы и тамъ, гд ихъ можно меньше всего ожидать: въ рабочихъ кварталахъ … Они распинаютъ Христа, а Христосъ воскресаетъ тамъ во всей слав своей. Тогда, какъ здсь, это лаическое воспитанiе дтей въ безбожiи ведетъ къ полному оскуднiю вры, къ поразительному равнодушiю, къ незнанiю ея… къ самому грубому матерiализму.

— Большевики въ роли возбудителей христiанства … Оригинальная мысль, Борисъ Николаевичъ.

Леночка дальше не слушала. Она отдавала блюдо за блюдомъ, почти не притрогиваясь къ нимъ.

— Барышня нездоровы, или ей что не нравится, — спросилъ, ее подававшiй ей молодой человкъ.

— Нтъ, такъ … Дайте счетъ.

Она заплатила и пошла къ выходу. Когда проходила между столами съ тсно сидящими гостями ей показалось, что кто то, кажется, та блондинка, что разсказывала про Муру, сказала негромко: «совдепка» …

Леночк это было все равно. Она вдругъ поняла, что ничего нтъ. Все призраки … И блондинка — призракъ … Разв есть такое имя Мура?.. Спалила на Рождеств скатерть и этимъ огорчалась … Слизь!.. Слизь! Просто дура!.. Леночка подымалась къ площади Этуали, и встрчные люди казались ей кинематографическими тнями. Собственно жизни нтъ. Все это только такъ кажется. И происшествiе, бывшее вчера и оскорбительность выталкиванiя въ дверь — это все относительно, какъ посмотрть? Было больно, когда она упала на ступени лстницы, но боль бываетъ и сильне. Ее могли и пытать? Могли убить!.. Убить… Что такое убить? Сдлать ее слизью, какою она была нкогда … Воинствующее безбожiе, какъ все это глупо! Ничего нтъ!.. Ниче-го нтъ!