Шрифт:
Секунду она оценивала его раны. С виду плохо. Глаза теряются в припухлости цвета баклажана, нос сломан, капающая кровью нижняя губа распухла, как у мула. Да, у него клеточная регенерация медленнее, чем у Сони.
– Вот погоди... вот погоди, пока Отец придет! – выдохнул он окровавленными губами.
– Дурак ты! Безмозглая марионетка из мяса! Ты еще не понял? Он подставил нас обоих!У тебя против меня ни одного шанса, и он это знал! Он послал тебя подыхать, Фелл! Ты должен был меня отвлечь, пока эти ренфилды наведут серьезную порчу, чтобы меня убрать.
– Ты врешь!
– Слушай, ты, фраера кусок, у меня ни времени нет, ни терпения действовать по правилам. Надо было бы тебяубить, но раз ты отец Лит...
– Лит? – моргнул недоуменно Фелл.
Соня сунула руку в карман и вытащила пружинный нож.
– Как тебя зовут?
Фелл глянул на нее так, будто она спросила, кто лежит в гробнице генерала Гранта.
– Фелл.
– Неверно. – Соня махнула ножом и аккуратно отхватила ему левое ухо. Фелл завопил, попытался вырваться, но это было безнадежно. Не ему было разорвать хватку Сони. – Ладно, спрашиваю опять.Как тебя зовут?
– Да Фелл же, черт тебя побери! Ты сама знаешь! Какого черта...
Протестующая речь Фелла оборвалась воплем, когда лезвие отсекло ему левую ноздрю.
– Ты меня не слушаешь. Как тебязовут? Назови свое имя.
– Что ты хочешь, чтобы я сказал? Фелл! И всегда было Фелл.
– Я спрошу тебя еще один раз, красавчик, и теперь это будет по-настоящему. Ты понял? – сказала Соня, отрезая ему правую бровь. – Назови свое имя.
– Я же тебе сказал... – Тут у него отвисла челюсть и глаза вытаращились, будто он вдруг вспомнил что-то важное. – Господи. О Господи! Тим. Меня зовут Тим!
Соня вздохнула и позволила ему упасть на пол, спрятав изувеченное лицо в окровавленных ладонях. Плечи его затряслись – он пытался заплакать. Слышен был приближающийся вой сирен.
– Пошли, парнишка. – Голос Сони смягчился. Она потрепала Фелла по макушке. – Пошли, нельзя здесь оставаться Копы сейчас будут.
Фелл отпрянул от ее прикосновения, со страхом глядя на нее.
– Ты меня убьешь?
– Нет. Понимаешь, мне очень жаль, что пришлось так тебя уродовать, но это был единственный способ до тебя достучаться. А теперь пошли! Есть человек, которого ты должен видеть.
– Кто это?
– Твоя дочь.
18
Палмер прислонился к спинке кровати, держа Лит на сгибе левой руки и правой поднося ей бутылочку. Его умиляло, что такое маленькое существо обладает таким аппетитом. На щелчок открывшейся двери он даже не обернулся.
– Это ты, Соня?
– Да, это я.
– Знаешь, ты была права. Она совсем не такая, как тот! У нее такие пальчики крохотные! И каждый с ноготком...
– Гм... Палмер... У нас компания.
Палмер поднял глаза на молодого человека рядом с Соней. Половина лица у него была такая, будто по ней прошлись молотом для отбивных. На носу, справа на лбу запеклась кровь. Парень неловко поежился, как школьник, вызванный к директору.
– Палмер, это Фелл. Отец Лит.
– Это она? – почти прошептал Фелл.
– И никто другой, – кивнула Соня.
Фелл неуверенно шагнул вперед.
– А можно мне ее подержать?
– Не вижу, почему бы и нет, – пожала плечами Соня. – Ты же ее отец, в конце концов.
Фелл потянулся взять ребенка. Палмер нахмурил брови и сильнее прижал Лит к своей груди.
– Все в порядке, Палмер. Фелл теперь наш человек.
Палмер неохотно отдал Лит в руки ее отца. Разбитые губы Фелла разошлись в улыбке при виде личика дочери.
– Какая красавица! И как похожа на Аниз... – Голос Фелла задрожал. Он сел на край кровати; девочка забулькала и загулила у него на руках. – Все это так быстро случилось. Столько надо передумать, столько вспомнить!
Соня нагнулась к Феллу, положила руку ему на плечо.
– Начни сначала. Кто ты такой на самом деле?
– Меня зовут – звали? – Тимоти Соррелл. Я учился в Беркли, на втором курсе. Английская литература. Родом я из Индианы. Родители и старшая сестра погибли в катастрофе, когда мне было десять.
Я тогда пошел по рукам родственников. Они хорошие люди, только понятия не имели, что со мной делать, так что я оказался предоставлен сам себе. Я был болезненным ребенком. Меня завораживала и пугала смерть, и я по уши увлекся вампирами, гулями – нежитью. Когда я пошел в колледж, то стал ходить всегда в черном и почти все деньги тратил на оккультную литературу.