Уже в замке он вдруг вновь услышал этот шелестящий шёпот. С ним опять заговорили стены:

— Лекарь, не спеши. Найди меня и освободи, тогда я расскажу тебе всю правду!

Радужное настроение мгновенно испортилось этот странный голос, казалось, предрекал какую-то беду. Хотелось вновь проигнорировать эти подозрительные призывы, но что-то мешало. И впервые за всё время Макс решил его послушать. Не понимая, что делает, он поднялся в кабинет Галимата, нажал на спрятанный рычаг и дверь в таинственное подземелье отворилась. Лекарь и сам не осознавал, зачем он всё это делает, это Сила вела его туда, откуда шёл голос.

Макс открыл дверь камеры Голта и решительно вошёл внутрь. И тут же его сознание прояснилось. Он с удивлением оглянулся по сторонам, не понимая, зачем и как он сюда попал. Взгляд выхватил несколько трупиков крыс с оторванными головами. Макс сморщился от брезгливости.

— Голт, это ты со мной разговариваешь? — Спросил он тихо, сосредоточенно выискивая человека-дерево.

Тёмная фигура появилась неожиданно, как будто выросла прямо из-под каменного пола. Голт уже частично обратился в камень и стал ещё более пугающим и чужим. Всё, что осталось у него от человека — это глаза.

— Здравствуй, лекарь, — поздоровалось загадочное существо. — Да, это я тебя звал. Я рад, что ты, наконец, решил меня послушать. Поверь, если бы ты сделал это раньше, то смог бы избежать многих бед!

Голт услужливо подставил гостю стул, а сам стал напротив. Исчезли блеклые, зелёные листочки, на руках и плечах появился узор, напоминающий мраморный рисунок. Максу захотелось до него дотронуться, чтобы убедиться, в том, что это действительно камень, но он отогнал глупую мысль, понимая, что обитателя подвала это может оскорбить.

— Голт, я так и не могу понять, чего ты от меня хочешь? — Признался лекарь. — Как я могу тебя освободить?

Непослушными руками Голт стянул с себя рубашку, которая ему была совершенно не нужна и повернулся к Максу спиной. Но тёмной коре, в которую давно уже превратилась его кожа, виднелся выжженный рисунок, напоминающий паутину.

— Что это? — Удивлённо спросил Макс и вспомнил, как в детстве вырезал перочинным ножом на стволах деревьев всякие надписи, сразу же стало стыдно за те почти забытые детские шалости.

— Это заговорённое клеймо, — объяснил Голт. — Мой безмозглый потомок в своё время выжег его на моей коже, а теперь эта паутина держит меня посильнее любых замков и засовов. Если ты сможешь её срезать, то я буду свободен.

Макс задумался, он очень сомневался, что этому странному существу можно доверять, но держать Голта в плену — это тоже не выход. Увидев смятение на лице лекаря, Голт поспешил его успокоить:

— Не беспокойся, Макс, я не собираюсь никому причинять зла. Я просто уйду на болота к своим. Ведь Галимат мёртв, а остальные в моих неприятностях, если это можно так назвать, не виноваты.

Лекарь достал нож и старательно принялся срезать страшное клеймо. Ему всё время казалось, что человек-дерево испытывает при этом боль, но Голт даже не шевельнулся. Когда последние кусочки обожжённой коры упали на пол, предок Светлейшего вздохнул облегчённо. Он повернулся к Максу и многозначительно произнёс:

— Что ж, ты должен знать правду, хотя я сомневаюсь, что она тебе понравится.

Лекарь насторожился. Слова Голта звучали почти, как угроза. Но слово правда обладает магическим действием на людей и, не смотря на свои дурные предчувствия, Макс кивнул и приготовился выслушать странное существо.

— Скажи, лекарь, — начал Голт издалека, — тебя не удивляет то, как легко ты освоился на Дрианте? Ты ведь слишком легко вошёл в здешнюю жизнь, как нож в масло. Разве я не прав?

Ну, Максу так не казалось, но только тогда, когда прозвучал вопрос Голта, он задумался над тем, почему этот странный мир Дрианта показался ему таким знакомым, а теперь и родным. Ведь действительно прошлая его жизнь теперь воспринимается такой ненастоящей, вымышленной! Прошлая его жизнь напоминает дурной сон.

— Макс, — продолжил Голт, — должен тебя немного удивить.

Лекарь напрягся.

— Дриант — это твой мир! — Торжественно произнёс человек-дерево и стал с нескрываемым удовольствием наблюдать, как на лице Макса одно чувство сменяет другое.

— Чушь! — Наконец, смог выдавить из себя лекарь. — Этого не может быть! Я прибыл сюда из совершенно иного мира, совершенно не похожего на Дриант.

— И, тем не менее, молодой человек, я говорю правду! Ты родился здесь и являешься потомком Мистерия, как и твои сёстры. Да, да, у тебя есть две сестры. Хочешь знать, кто они?