Шрифт:
ря тебе, душечка, это в наших силах. Организуемся, организуемся! Пи-девка! Посмотри, чтобы водка была со льдом!
— Только мороженая вода для ванны, хозяйка Уинифрид.
— Ну и хорошо, девочка. Лед ведь не кладется В РЮМКИ — замораживать надо саму бутылку. А теперь, ЧК...
— Еще разок, и проявите солидарность, товарищи, — захохотала Ильдефонса.
— Ну не шути, Нелли. Наш лозунг «Да здравствует Рот Фронт!», и мы должны вложить всю душу. Мы искренне должны верить в грядущую революцию.
Реджина запела под аккомпанемент Гретхен:
Вставай, проклятьем заклейменный, Весь мир голодных и рабов!..
Реджина изящным поклоном поблагодарила за овацию.
— Благодарю вас, товарищи, благодарю. Солидарность во веки веков, и, Пи-девка, где наша водка? А теперь наш товарищ Мери Наобум, знаток французского, ударит в колокол, отбивая смертный час правящим деспотам. Прошу, Мери!
Царица освободила место у пианино для Мери.
Гретхен показала ей ноты, как будто что-то объясняя.
— Будешь петь — старайся как следует! — шепнула она. — Реджина не принимает тебя всерьез. Нелли Гвин вечно насмехается. Не будь рабыней, сбрось цепи!
Мери дико воззрилась на нее, потом отвернулась и запела:
Debout, les damnes de la terre, Debout les forcats de la faim!..
Под рукоплескания Гретхен продолжала нашептывать:
— Восстань! Восстань! Это ТЫ должна быть ВСЕМ!
— А теперь, — объявила Реджина, — поприветствуем нашу Енту Каленту. Евреи по всему миру всегда
были на передовых позициях борьбы за свободу и освобождение этнических меньшинств.
— Но я не могу без моей рабби, — сказала Ента, сменив Мери у пианино.
— Что ты водишься с Реджиной и этими гойками? — зашептала Гретхен. — Все они просто дрек! Мери ни одну сделку не может довести до конца. У Нелли нет никакого уважения к деньгам, а Реджина слишком богата, чтобы о них думать. Будешь петь об освобождении — думай о себе!
Ента покосилась на Гретхен, вздернула подбородок и запела:
Sheit oil ir ale wer not shklafen, Was hungher leiden musin noit...
— Свобода! Свобода! — шептала Гретхен. — Восстань! Восстань вместе со своей рабби!
— А теперь наша « Мятежная Девчонка, Сокровище Души» порадует нас таким исполнением «Интернационала», которое звучит в финале одноименной пьесы.
— Но только не на УНЫЛОМ английском, НЕТ, говорю я! На единственно V!E!R!0!! BELLEZZA ARTI!! А что понимает Реджина в красоте искусства? Она всего лишь богатая реакционерка. И что все они понимают? Ента думает только о деньгах. Мери слишком глупа. Нелл неискренняя.
Compagni avanti! II gran partito Noisiam dei lavoratore...
— Вперед, Сара! Вперед! Брось эту компанию поверхностных нетворческих натур. Они недостойны тебя.
— Барышня Гули выбрала язык, на котором писали Карл Маркс и Фридрих Энгельс. Они были крестными отцами славного Боьшевистского Богоявления, а она, возможно, будет крестной матерью.
— Реджина всегда унижает тебя, — шипела Гретхен. — Она богатая и вульгарная. Они все грубые и вульгарные. Близнецы — брачные извращенцы. Нелл Гвин хуже уличной шлюхи.
Wachtauf, Verdammte dieser Erde, Die stets man noch zum Hungern zwingtl..
— Проснись, проснись, Гули! Восстань! Выбирайся отсюда. Ты слишком чистая и порядочная девушка для такой гнилой компании — все эти женщины даже не знают, как вести себя в приличном обществе.
— Ни для кого не секрет, что наша любимица Нелл Гвин того же цвета, что и наше любимое Революционное Красное Знамя, — с улыбкой сказала Реджина. — Она родом из Испании. Та гага avis [80] из Кастилии, у которой волосы, как на картинах Тициана.
80
Редкая птица (лат.) — о чем-то необычном, удивительном.
— А она — старая индюшка цвета зеленой желчи, Нелл. Позеленела от зависти. Она-то знает, что ты в своей неподражаемой манере должна бы проводить эти собрания и в своей прекрасной квартире. Она безумно завидует тебе. Они все завидуют.
Arriba los pobres del mundo En pie los esclavos sin pan...
— Одержи победу, Нелл! Воспрянь! Да здравствует Интернационал! Поверь в то, что ты пела. Ты-то знаешь, что ты, черт возьми, должна быть царицей.