— К следующей? Это не всё? — наивно спросила я.

Едкий как "царская водка" взгляд старушенции мог прожечь в камнях дыры, и я вдруг почувствовала себя не ведьмачкой и к тому Избранной Хранительницей, а лягушкой, которую вот-вот распотрошат.

— Это, милая, только начало было, — елейным голосом растолковала бабулька. — Вот поуспокоятся людишки, из-под лавок да из подполов повылезут, продолжение и последует. Повеселятся бесенята, попируют, силушки потянут… А ты сама почто ходишь? Почему дома не сидишь? Братишек-сестрёнок не утешаешь?

— Ну, я… гуляю… — я попыталась изобразить расходящееся косоглазие, но, судя по смешку внутреннего, вышло не очень.

— С-саламандрова селезёнка! — изумленно выдохнула бабулька, едва не роняя клюку, тёмные глаза по-совиному округлились. — Ведьмачка! Тролля мне в печень, настоящая ведьмачка! Так это тебя снарядили бесенят ловить? Ай да, Лукашка!

— Ну… — промямлила я, почему-то чувствуя себя усталой и опустошенной. Биение крови эхом отдавалось в ушах, виски ломило.

— Я-то, дура старая, гадаю, с каких пор Среброрукие иллюзионным чарам выучились, а никакой иллюзии и в помине нет! — Продолжая разглядывать меня как диковинную зверюшку, бабка потеребила седую прядь, спадавшую на лоб. — Не думала я, что доведётся так вот свидеться, ведьмак, он же ведьмином и ведьмарём именуемый, "Некоторые черномагические практики. Трансмутации", страница двести семьдесят пять… — она засопела, словно принюхиваясь к чему-то. — Даже жаль, молодая ещё, жить бы да жить… но ежли есть ученица, значит, и учителя имеются. Так?

За пазухой что-то дрогнуло и затрепетало, как пойманный воробей, я, не глядя, прижала это «что-то» ладонью, и замедленно кивнула бабульке.

— Милая, а проводи-ка меня до дому? — заискивающе улыбнулась та. — Бесенятки ещё полчаса молчать будут, и делать тебе всё равно нечего. Проводишь, а потом лови их, сколько душеньке угодно. Уважь старушку!

— Вообще-то я не… — Умиротворение накатило мощной океанской волной, затопило всё вокруг, и возражения утонули в нём как тазик с цементом. Без малейшего шанса всплыть. — Ладно. Как скажете. Провожу. Куда идти?

— За мной иди, — хихикнула бабка и заковыляла вниз по улице. Её клюка еле заметно светилась. — Покажу, тут недалеко совсем…

— С чего вы взяли, что я ученица? — спокойно спросила я, делая пару шагов.

— С того, милая, — охотно объяснила бабка, — что посвящённый ведьмак трижды подумает, прежде чем что-нибудь из чужих рук брать, даже если то руки ребёнка. А ты зелёная совсем, глупое, наивное дитятко…

После я так и не смогла понять, почему вместо того, чтобы пойти за «бабулькой», я отступила назад, и каким образом у меня в руке оказался метательный нож. Не целясь, я метнула его. Тонкий стальной клинок почти полностью вошёл старухе в затылок. Она рухнула лицом в землю, секунду не шевелилась, а потом нечеловечески плавным движением — казалось, кто-то поднял её за шиворот — встала и развернулась ко мне. Контуры её тела заколебались и начали меняться. Бабка подросла на две головы и раздалась в плечах, исчезла клюка, заплатанное платье сменилось грязными лохмотьями рубахи, длинные спутанные волосы упали на синюшное безносое лицо, как раскалённые угли засветились жадные глаза. «Оно» потрясло головой, словно отгоняя муху, и нож упал на землю.

"Колдун, — постановила я, аккуратно высвобождая секиру из ременной петли. Страха не было вовсе. Только непоколебимое спокойствие, как под общей анестезией. — Мёртвый колдун. Сильный, злой, мёртвый колдун".

— Кошка драная… — выцедило существо, облизывая губы длинным красным языком и медленно приближаясь ко мне. Голос его был низким, рокочущим, совсем не похожим на дребезжащее сопрано бабки. — Додумалась-таки? Знал же, что давить надо. Давить сразу!

"Следы некромантии отсутствуют, похоже, имеет место самопроизвольное поднятие, — спокойно, как на практикуме в анатомичке, заключила я. — Самостоятельная разумная единица нежити, класс А, третий… — Звезда с удвоенной силой задергала шнурок, — нет, третий, я уверена, третий уровень опасности. Глум? Носферат? Бруколак? Закалённая сталь, серебро, титан… рекомендовано отделение головы от туловища, либо колющий удар в область сердца орешником или осиной…"

Короткий взгляд на ближайший палисад с заманчиво заострёнными штакетинами оказался лишним. Нежить с поразительной прытью рванулась вперёд, и удар получился смазанным, секира вошла мертвяку в грудину, благополучно в ней застряв. В следующий миг когтистая лапа схватила меня за горло, и я птичкой взлетела вверх. Воздуха сразу стало катастрофически не хватать, перед глазами поплыли красные круги и синие треугольники.

"Недолго мучалась старушка, недолго фраер танцевал, — всё так же спокойно подумала я, взбрыкивая ножками как молодая лошадка. Кадры прожитой жизни с бешеной скоростью проносились перед глазами. — Четвёртый уровень. Мертвяк. Сталь, серебро не помогут, только осинка и огонь… Чёрт. А больно!"

Мне выпал редкий случай на собственном горле проверить справедливость утверждения, что герои, которые много размышляют и рассуждают, быстро перемещаются с этого света на тот. Но вряд ли я сумела бы поделиться опытом с потомками, если бы не произошли сразу три события: Звезда ослепительно, как взорвавшаяся лампочка, вспыхнула, кочерга с противным хлюпающим звуком опустилась на череп мертвяка (при определенной доле фантазии это могло сойти за "настучать по загривку"), а чей-то арбалетный болт вонзился ему в ухо. Мертвяк взвыл и отшвырнул меня в сторону, как тряпичную куклу.

В это время где-то…

— Как вам известно, уважаемые адепты, научно-обоснованные представления о видах нежити и особенностях её поведения являются исходными условиями для разработки эффективных методик борьбы с нею. Поэтому на протяжении всей истории развития науки «нежитеведение» различными исследователями неоднократно предпринимались попытки создать классификацию магически измененных существ, охватывающую всё их многообразие. Эта проблема и сегодня остаётся животрепе… Сид Орофф, вы спите?!