"А попасть туда можно в лунный день 31 июня", — не замедлил с комментарием голос.

— …и который есть базис16 для миллиарда миров. А если помните, когда рушится базис, гибнет и настройка. Уже несколько тысячелетий этот мир балансирует на грани жизни и смерти. Не станет его, прочие долго не протянут. И мой Асгард. И ваша Земля.

— А живёт он только благодаря Хранителям! — тут же добавил Идио. — Они защищают его, берегут, великая ответственность лежит на их… на ваших плечах!

— Хехх… — выдавил братик, а мне показалось, что на плечи разом навалился весь миллиард миров. В общем, велика Мория, а отступать некуда. Позади стена, блин!

Ветки затрещали громче прежнего, послышался топот ног, а Саша снова ничего не услышал. "Рассеянный — ладно, но что ещё и глухой впридачу — это новость так новость!" — ошеломлённо подумала я. В зарослях мелькнула серая морда с пятнами тления, раздался негромкий волчий рык. Сдавленный хрип и довольное урчание сообщили, что упырей в округе больше нет.

— На этом пути вас ждут только беды и лишения, и никакой благодарности, — негромко, но внушительно продолжал Один. — Но мы будем рядом и поможем, — краткая пауза, — советом, ибо…

"Боги были крайними, теперь мы за ними", — ехидно пропел голосок.

— Кхе-кхе… — закашлялся бог — стрела попала в цель, — … ибо нельзя нам напрямую в дела земные вмешиваться. Но не думайте о себе хуже, чем есть! Избрали вас, значит, вы вовсе не лохи дрему… хммм… и не так безнадё… кгм… Человеку не может выпасть ноша больше той, чем он способен нести, — уверенно заключил он.

"Ловко цитату ввернул, — одобрил внутренний голос. — И, главное, ad rem".

— Это просто совпадение, — мрачно проговорила я.

— Между совпадением и судьбой — грань тоньше волоса, — возразил Один. — Сильные судьбу изменяют, слабых она тащит. Ваша судьба — быть Хранителями. И отказаться от неё вы теперь не можете.

— А можно было отказаться?! — возопили мы с братом в один голос. "Хуже быть не может? Теперь — да!"

— Конечно, — снова встрял Идио. — Если избранники за пять часов не совершат ничего героического, Знак отошлёт их домой! Правильно вы меня слушать не стали…

— Ян, скажи в какую сторону бежать, я готов, — тоскливо шепнул Саня.

Волки (их было двое) еле слышно приблизились. Огромные хищники, облаченные в пушистые серебристо-серые шубы, каждый ростом с телёнка, острые уши стоят торчком, глаза до странности разумные, мощные челюсти способны запросто перекусить хоть вот эту толстую палку, хоть челове… то есть лошадиную ногу. Вне всякого сомнения — Гери и Фреки, звери Одина. То есть друзья. Верные, преданные, а добрые — аж жуть берет.

— Не горюйте, Избранные, — Один попытался подсластить пилюлю. — Знак — не казнь, а дар великий, и, став Хранителями, вы ничего не потеряли, а только обрели. Умение говорить на любом языке, в котором есть слова — это раз ("Я же говорил!" — пискнул Идио). Мудрецу — своя сила, Воину — своя. Это два. Быстрое исцеление от ран и болезней — три. Ещё не чувствуете? Почувствуете. Ну, и бессмертие…

Эта «утка» оказалась такой дикой, что мы недоверчиво фыркнули.

— Долгая жизнь, — уточнил Один. — Теоретически Хранитель может жить вечно.

— А практически? — поинтересовалась я. Бог закашлялся, зачем-то надвинув шляпу на лоб. — Сто лет хоть кто-нибудь протянул?

— Дважды то было, — припомнил Идио, — ещё до Госпожи. А при ней — никто! Знак скрывает вас от чар её, но в Озёрном Доме — тысячи дверей, где пожелает Госпожа, там и очутится! И если найдёт…

"Нас извлекут из кучи трупов, respawn — это не для нас…" — печально изрёк голос.

— Стационарные порталы с выходами по всему континенту, — уверенно расшифровал братец. — Ян, ты только подумай, какая экономия времени!.. Ян, э? — он потряс меня за плечо. — Ты чего, повисла? Ведьмусь, reset! — У меня мелко задрожали руки, а зубы произвели ясно различимый скрип. — Тво-ою мечту… Маэстро Один, у вас валерьянка есть? Ян, спокойнее, ты только не волнуйся…

Что-о-о-о?! Я зло стряхнула Сашину руку, которая уже не трясла, а успокаивающе похлопывала меня по плечу. Нагрузили по самые помидоры — и спокойнее?! В герои определили — и не волнуйся?! Да не дергай меня за рукав! И отвали на фиг со своей валерьянкой! Этот (прилагательное вычеркнуто) мир, (вычеркнуто) Знак и (вычеркнуто) подвиги могут (глагол вычеркнут, вычеркнут) и (снова вычеркнут)! И вообще я!..

Из кустов выглянул волк и подмигнул мне, я раскрыла рот, а Саша, воспользовавшись моментом, влил в меня лошадиную дозу валерьянки. И сразу стало хорошо и спокойно, и мысли потекли медленно и размеренно, как-то по-эстонски…

Чуужой миир? Поодуумаеешь, ии туут проожиивёём… Мооргаанаа? Даа чиихаать наа неёё… Поодвиигиии? Сеейчаас каак встаануу, даа каак соовеершууу…

"Пообеедаа иилии смеерть, teertium nоon daaatur…" — вяло откликнулся внутренний голос. И его не пощадила валериана.