– Что это? – пробормотала Евгения Юрьевна.

– Сказка, – печально вздохнула Кривцова. – Я написала ее для своей дочки. Долго придумывала ее, переделывала… И хотела прочитать Лизе как раз в тот вечер, когда… когда меня не пустили в мой собственный дом.

Директриса сочувственно взглянула на нее. Поди ж ты: абсолютно железная, бессердечная леди, а, оказывается, сказки пишет. И, похоже, действительно переживает. Непонятно только – из-за того, что с дочкой не может видеться, или просто потому, что ее саму унизили. Из дома выгнали. Словно нашкодившего Тошку или Тишку.

– Хорошо, – твердо произнесла Евгения Юрьевна. – И котенка, и сказку я Лизе обязательно передам. Не знаю, как и когда, но в самое ближайшее время. Обещаю вам.

«Кривцов, если узнает, тоже, конечно, взбесится. Но только и я не зверь – отказать его жене даже в такой мелочи…»

И Евгения Юрьевна добавила:

– Елена Анатольевна, я еще раз приношу вам свои искренние извинения. И, пожалуйста, знайте: я на вашей стороне. Забери у меня кто-нибудь единственного сына – я бы боролась до конца. Потому и вам помогать готова. Так что если понадобится, допустим, выступить на суде, я не возражаю.

«На самом деле не рискну, конечно. Но пусть она надеется. Пусть лучше считает меня другом…»

Хотя и в роли врага, поняла Евгения Юрьевна, Кривцова не так уж страшна. Да, она гневается, да, кричит, но при этом явно не знает, что ей предпринять. И выглядит как униженная, осиротевшая, стремительно постаревшая женщина. Несмотря на весь свой статус и все миллионы.

После полдника, как и положено по режиму, Мария попыталась вытащить свою подопечную на прогулку. Но девчонка заупрямилась. Хихикает, приводит аргумент за аргументом: и сырость на улице, и темень, и холод. А также привидения и вирусы.

– Вирусы-то здесь при чем? Они на воздухе, наоборот, мрут, – попыталась отстоять свою позицию няня.

Но Лиза, хитрюга, парировала:

– Мрут у здорового человека! А педиатр говорит, что у меня иммунитет ослаблен!

– Скажи уж просто – не хочется тебе, – вздохнула Мария. – И одеваться лень.

– Ну, Машенька, ну, пожалуйста! – принялась ластиться девочка. – Давай ты меня лучше читать поучишь!

Можно было, конечно, настоять на своем, но наука педагогика учит: иногда детям нужно уступать. Тем более что Машу и саму на улицу не тянуло. Охота была: солнца нет, капли с мокрых деревьев сыплются за шиворот!

Потому они отправились в игровую. Но едва няня успела выстроить из кубиков слово «МАМА», по коридору зашелестели шаги.

– Папа! – просияла Лиза.

Однако на пороге комнаты показался не Кривцов, но главный из его охранников – Володин. Сопровождала его неизвестная Маше женщина, увидев ее, Лиза сразу нахмурилась. Володин же вежливо обратился к няне:

– Мария Николаевна, прошу прощения, что не смог предупредить вас раньше. Вам придется поехать со мной.

– Куда? – удивилась Долинина.

– Вас хочет видеть Макар Миронович. А за Лизу не волнуйтесь, она с дежурной няней побудет. Я ее привез.

– Почему мы с ним дома не можем поговорить? – удивилась няня.

– Понятия не имею, – пожал плечами охранник.

– А если я ее не отпущу? – с вызовом обратилась к Володину юная Кривцова.

Тот только хмыкнул:

– Не хочешь отпускать – звони отцу. Попробуй с ним поспорить.

Девочка сразу сникла. Безнадежно махнула рукой и с тревожными нотками в голосе спросила Володина:

– Но ты… ты ведь привезешь Машу обратно?

У той все внутри похолодело.

Охранник же только хохотнул:

– А это уж как прикажут!

У няни совсем душа в пятки ушла. Что от нее надо хозяину? И, главное, почему не побеседовать дома? Кривцов хочет на нейтральной территории сообщить, что она уволена? А то и что похуже?!

Маша хмуро спросила:

– А если я не поеду?

– Придется применить силу, – развел руками охранник.

Губы его улыбались, но девушке показалось: тот вовсе не шутит.

Лиза же, демонстративно не обращая внимания на дежурную няню, крепко обняла Марию. И громко заявила:

– Пока она не вернется, я спать не лягу. Так папе и передай.

– Будет исполнено, госпожа, – шутливо поклонился девочке Володин. А Маше (окинув скептическим взглядом ее спортивный костюм) велел: – Переоденьтесь. Пять минут у вас есть.

Ну, хотя бы вещи собрать не просит… Во что, интересно, ей переодеваться? И куда они поедут? Она об этом так и не спросила. В офис к Макару Мироновичу, наверно. В бизнес-центре на Красной Пресне. Но что надеть? Никаких подобающих для крутого офиса нарядов Мария, естественно, с собой не брала – только джинсы, свитера, теплые брюки. Юбок не было вообще, а платье одно-единственное. Забавное такое – как мешок. Длинное, грубой вязки. Что ж, его и нацепим. И краситься не станем. Явно ведь, зовут на разборку, и тут уж не спасет ни элегантный костюм, ни изысканный макияж…