— Кухня?

— Да, — подтвердила она. — Все как надо, и сахарница там, где должна быть.

— Как ощущения, когда ты дышишь? — спросил я.

— Нормально, — беспечно сказала Денна. — Туговато, но нормально.

Мое сердце забилось чуть быстрее.

— Что ты имеешь в виду?

— У меня плохо с дыханием, — ответила она. — Иногда у меня в груди все делается тугим, и как будто дышишь через пудинг. — Она рассмеялась. — Я сказала: «пудинг»? Я имела в виду патоку. Как сладкий пудинг с патокой.

Я хотел гневно попенять ей, что она не сказала мне, как я просил, про трудности при дыхании, но тут же подавил порыв.

— А сейчас тяжело дышать?

Денна безразлично пожала плечами.

— Мне надо послушать твое дыхание, — сказал я. — Но у меня нет никаких инструментов, так что мне придется приложить ухо к твоей груди. Если бы ты немного расстегнула рубашку…

Денна закатила глаза и расстегнула куда больше пуговиц, чем было необходимо.

— А вот это что-то совсем новенькое, — сказала она насмешливо, на секунду показавшись совсем здоровой. — Такого со мной еще никто не делал.

Я прижал ухо к ее грудине.

— И какой звук у моего сердца? — спросила она.

— Медленный, но сильный, — сказал я. — Хорошее сердце.

— Оно что-нибудь говорит?

— Ничего, что я мог бы понять, — ответил я.

— Слушай лучше.

— Сделай несколько глубоких вдохов и не разговаривай, — сказал я. — Мне надо послушать твое дыхание.

Я приготовился слушать. Воздух пошел внутрь, и грудь Денны прижалась к моей щеке. Денна выдохнула, и я почувствовал ее теплое дыхание на шее сзади. По всему моему телу побежали мурашки.

Я представил себе неодобрительный взгляд Арвила, закрыл глаза и попытался сосредоточиться на том, что делаю. Вдох и выдох — это было как слушать ветер в ветвях. Вдох и выдох — я расслышал легкий шелест, как мнущаяся бумажка, как едва заметный вздох. Но не было ни влажности, ни бульканья.

— Твои волосы очень хорошо пахнут, — сказала Денна.

Я сел.

— С тобой все хорошо, — сказал я. — Обязательно дай мне знать, если станет хуже или что-нибудь изменится.

Она милостиво кивнула и сонно улыбнулась.

Злясь, что драккус задерживается, я, будто готовя торжественный выход, подбросил в огонь еще дров. Потом посмотрел на дальние скалы, но в тусклом свете нельзя было разглядеть ничего, кроме очертаний деревьев и скал.

Денна вдруг рассмеялась.

— Я обозвала твое лицо сахарницей или чем-то в этом роде? — спросила она, уставясь на меня. — В моих словах сейчас есть вообще хоть какой-нибудь смысл?

— Это просто небольшой бред, — заверил я ее. — Ты будешь уплывать в него и выныривать, пока не уснешь.

— Надеюсь, тебе так же весело, как мне, — сказала Денна, поплотнее укутываясь в одеяло. — Это как ватный сон, только не такой теплый.

Я влез по лестнице на верхушку серовика, где мы сложили наши пожитки. Вытащив из мешка горсть смолы, я принес ее вниз и положил на край костра. Она загорелась неохотно, чадя едким дымом, который ветер относил на северо-запад, к невидимым скалам. Будем надеяться, драккус учует его и прибежит галопом.

— У меня было воспаление легких, когда я была совсем маленькой, — сказала Денна без всякого выражения. — Вот почему мои легкие не слишком хороши. Ужасно, когда не можешь дышать.

Глаза ее были полузакрыты. Она продолжила, словно рассказывая сама себе.

— Я на две минуты перестала дышать и умерла. Иногда я думаю, не ошибка ли все это и не следует ли мне быть мертвой. Но если это не ошибка, то, значит, я здесь с какой-то целью. Но если цель и есть, то я не знаю, что это за цель.

Вероятно, Денна даже не понимает, о чем говорит, и почти все главные части ее мозга уже спят, так что наутро она не вспомнит ничего происходящего сейчас. Поскольку я не знал, что ответить, то просто кивнул.

— Это первое, что ты мне сказал: «Я все думаю, что ты здесь делаешь». Мои семь слов. Я об этом думаю уже давно.

Солнце, уже скрытое облаками, наконец закатилось за западные горы. Вся округа потонула во тьме, и вершина нашего холма казалась маленьким островком в океане ночи.

Денна начала клевать носом: ее голова медленно клонилась на грудь, потом снова поднималась. Я подошел и протянул ей руку.

— Пойдем, драккус скоро будет здесь. Нам надо забраться на камни.