Она нажала кнопку на своей гарнитуре и покорно передала сообщение кому-то на другом конце. Послушала и кивнула.

— Прямо через холл, сэр, вторая дверь налево.

Я кивнул и прошел через дверь. Ковры стали толще, а декор — дороже. В уголках по стенам были витрины с маленькими горами-фонтанчиками между парой тысячедолларовых кресел. Я тряс головой, проходя через холл, от очень неприятного ощущения успешности, силы и страстного желания, чтобы все об этом знали.

Готов поспорить, они бы лопнули от зависти к Показушнитарию в Эдинбурге.

Я открыл вторую дверь слева, прошел, закрыл ее за собой и обнаружил стол секретаря, сейчас не занятый, и открытую дверь, за которой, несомненно, находился рабочий кабинет, положенный по статусу Эвелин Дерек, поверенному в делах.

— Входите, мистер Гравер, — сказал раздраженный женский голос из кабинета.

Я прошел через дверь и закрыл ее. Кабинет был большой, но не монструозный. Возможно, она еще не была полным партнером в фирме. Мебель — лоснящаяся и ультрасовременная, с большим количеством стекла и металла космической эры. В комнате был только один небольшой шкаф, полка с рядом текстов законов, тонкий и хрупко выглядевший ноутбук, и что-то дорогостоящее на стене. У нее было окно, но оно было матовым до полупрозрачности. Стеклянный рабочий стол и журнальный столик — в кабинете все сверкало, нигде не было видно ни пятнышка, ни отпечатка пальца. Все было душевным — как операционная.

Женщина, печатающая на ноутбуке, могла быть частью офиса. Самые зеленые глаза, какие я только видел, находились за стеклами очков без оправы. Ее черные волосы были коротко подстрижены, открывая утонченные черты лица и изящную шею. На ней был темный шелковый пиджак с соответствующей юбкой и белой блузкой. У нее были длинные ноги, на которых были туфли, стоимостью с выплату по ипотеке, но не было ни колец, ни сережек, ни ожерелья. Было что-то холодное и сдержанное в ее позе, она стучала пальцами по клавишам быстро и решительно, как военный барабанщик.

Она ничего не говорила две полных минуты, полностью сосредоточившись на том, что она набирала. Конечно, она хотела что-то продемонстрировать Винсу, так смело ворвавшемуся в ее день.

— Надеюсь, вы не думаете, что сможете убедить меня нанять вас повторно, мистер Гравер, — сказала она наконец, не глядя на меня. — Что у вас есть такого важного?

Ах. Винс уже уволен. Не будет больше травяной лужайки под ногами, не так ли?

Эта женщина была словно создана для того, чтобы быть очень серьезной. Я взвесил все за и против и решил начать с ее раздражения.

Знаю. Шокирует, правда?

Я решил угостить ее тем же, чем она меня — не говорил ничего, пока Эвелин Дерек не выдохнула нетерпеливо через нос и не повернула холодный неодобрительный взгляд на меня.

— Привет, детка, — сказал я.

Надо отдать леди должное — у нее была отличная, покерная выдержка. Неодобрение превратилось в нейтральную маску. Она немного выпрямилась в своем кресле, хотя выглядела больше внимательной, чем нервной, и положила руки ладонями на стол.

— Вы прямо пятнами пошли, — сказал я.

Она уставилась на меня еще на несколько секунд, прежде чем сказала:

— Убирайтесь из моего кабинета.

— Я не видел тут никакого Мускула, — я задумался, оглядываясь вокруг.

— Вы меня слышите? — сказала она жестким рычащим голосом. — Убирайтесь. Вон.

Я почесал подбородок.

— Может быть, он на столе вашего секретаря. Хотите, чтобы я его для вас принес?

Ее щеки пошли пятнами. Она потянулась к телефону на столе.

Я показал на него пальцем, послал небольшое волевое усилие и прошипел:

— Hexus.

Вывести из строя электронику для чародея очень просто. Но не с хирургической точностью. Искры посыпались из телефона, ее компьютера, лампочек на потолке, и из кармана ее пиджака, сопровождаемые несколькими резкими хлопками.

Миссис Дерек тихо взвизгнула и попыталась дернуться в трех направлениях сразу. Ее кресло откатилось назад, и она неловко сползла на пол позади своего покрытого стеклом стола очень неловким образом. Ее изящные очки свисали с одного уха, а ее глубокие зеленые глаза расширились, она вся побелела.

Чисто для эффекта, я сделал несколько шагов ближе и взглянул вниз в молчании. В комнате не было ни звука, а без ламп сильно потемнело.

Я говорил очень-очень тихо.

— Две закрытых двери между вами и остальными кабинетами, в которых в основном никого нет. У вас тут отличные ковры, цельные дубовые панели, и булькающая водяная штука в прихожей. — Я слегка ухмыльнулся. — Никто не слышал, что случилось. Или они уже бегут сюда.

Она сглотнула и осталась неподвижной.

— Я хочу, чтобы вы сказали мне, кто поручил вам нанять детектива следить за мной.