Чем ближе рейдеры подходили к вражескому дому, тем все чаще им попадались следы шестилапых – перекрещивающиеся тропы, густо пропитанные терпким муравьиным запахом, пустые, высушенные солнцем, остовы съеденных насекомых, сгрызенные у основания метелки медоносных трав.

– Долго еще? – нетерпеливо спрашивали у Редара.

– Скоро. Муравейник показался неожиданно. Просто в какой-то момент над сплошным травяным ковром вдруг показался и начал расти прямо на глазах исполинский бурый холм. Чем ближе подходили к нему рейдеры, тем больше он становился, так что люди невольно сдержали шаг. Слишком уж огромным выглядело логово шестилапых убийц. Сколько же врагов может поджидать внутри незваных смельчаков?

– Это он?

В общем, понятно было и так, но Редар ответил:

– Да… – и добавил: – Только с того раза, как я здесь был, он сильно вырос.

Кенгар отправил разведчиков, приказал осмотреть муравейник со всех сторон, приметить все входы и выходы.

– Если вас обнаружат – не ввязывайтесь. Отступайте, бейте пращами. И ни в коем случае не используйте пока огненные заряды! Пусть думают, что у нас их нет.

– Что ты задумал, мастер? – спросил Салестер.

– Это не я, это вон Велиман, – Кенгар кивнул на одноглазого командира, – присоветовал. Если мураши посчитают, что у нас с собой нет огня, то могут попробовать напасть. В лоб и сразу всеми силами. Тогда мы их и сожжем.

– Неплохо, – пробурчал Салестер, – неплохо. А где Редар?

– Ушел с первой группой, а что?

– Мертвые пески, Кенгар! И ты его отпустил? Нам Айрис головы оторвет, если с ним что-то случится! И не только она!

– Да знаю я! Только он единственный, кто здесь уже был. Знает место, тем более, помнишь, он про каменный валун говорил, с которого за муравейником удобно наблюдать. Я отправил парня к нему, пусть присмотрится. С ним трое моих – отобьются, если что!

Салестер покачал головой. По тону Кенгара было понятно, что ему очень хочется кого-то успокоить. Например, себя.

Вернувшиеся разведчики доложили, что в муравейнике замечено всего двадцать два входа, но из них охраняются только девять, туда же валом валят рабочие, что-то трудолюбиво тащат внутрь.

– Что думаете, мастера? – спросил командиров Кенгар, неожиданно для всех и для себя включив в начальники и Велимана. Подошел к людям и Фефн, «прислушался» к их мыслям.

– Старые охотники говорят, – отозвался Салестер, неодобрительно косясь на смертоносца, – что мураши специально оставляют у себя входы-ловушки и даже не охраняют их, заманивая внутрь врагов и добычу. Какая-нибудь хищная тварь полезет внутрь, а там – длинный туннель, в конце тупик, и сзади уже довольно щелкают жвалами довольные хозяева муравейника.

– И откуда ты только все знаешь? – насмешливо спросил Римал.

Эти двое так сильно недолюбливали друг друга, что и здесь, у самого вражеского укровища, не упускали случай поссориться.

– Наверное, потому, что, в отличие от тебя, слушал в молодости рассказы стариков и бродяг пустыни, а не тискал девок по углам! – раздраженно ответил мастер дозоров.

«Он прав, – неожиданно проявилась в разумах людей четкая мысль Фефна, – я тоже знаю об этом».

Кенгар невольно взглянул в выпуклые блестящие глаза смертоносца, столкнулся с ничего не выражающим взглядом и поспешил отвернуться.

– Тогда, выходит, у нас есть девять входов. Разделимся или пойдем плотной группой?

Салестер рубанул воздух ладонью:

– Разделяться нельзя! Нас тогда сомнут числом.

– Что же ты предлагаешь – идти всем отрядом только через один вход? Через какой?

— Оставлять проход незащищенным тоже не стоит – нам могут ударить в спину. Кто-то должен прикрывать нас, – сказал Велиман.

– Верно, – согласился с одноглазым мастером Салестер. – Надо перебить охрану у каждого из входов, швырнуть, как и планировали раньше, вовнутрь по несколько бомб, выжечь все внутри, и – вперед! А чтобы знать, куда идти… ну, это не сложно. У нас же есть Младший Повелитель. Поймаем парочку шестилапых и все выспросим.

«Вряд ли простые муравьи знают дорогу.» Кенгару поневоле пришлось признать правоту Фефна:

– Верно… Нам понадобятся какие-нибудь командиры, главари или что у них тут.

– А как ты отличишь по внешнему виду простого мураша от местного мастера, вроде тебя? – с улыбкой спросил Салестер. – Не у всех такой мужественный вид!

«Это несложно. Я вижу рисунок их мыслей."

– Ну, – развел руками мастер секретов, – если так…

В этот момент послышались пронзительные крики, и на прогалину перед перекрестком муравьиных троп выскочили разведчики из группы Редара.

– Идут!

Кенгар встрепенулся:

– Что случилось?

Запыхавшийся мастер пустыни быстро проговорил:

– Они лезут изо всех ходов и строятся в боевой порядок! Мне кажется, они про нас уже знают. К бою!

– К бою! – повторил Кенгар для всех.

Люди за его спиной сноровисто перестроились в двойную цепь, засвистели раскручиваемые пращи, спешно готовились бомбы.

– Ты был прав, пустынник! – сказал мастер охоты Велиману. Лучшей похвалы и быть не могло. Пустынник! Он стал им снова и теперь уже, наверное, навсегда.