– И они уничтожили отсюда спутник? – спросил Джефф Пелт.

– Да, сэр, – ответил майор Грегори. – Мы называем это «сбили». По спутнику был нанесен удар такой мощности, что поглощенной им энергии оказалось достаточно, чтобы расплавить часть корпуса и полностью уничтожить солнечные батареи.

– А мы не можем сделать такого же? – спросил президент у Грегори.

– Нет, сэр. Мощность выходного сигнала у нас значительно меньше.

– Но почему русские опередили нас? Разве мы выделяем недостаточно средств для разработки лазерного оружия, генерал?

Из– за недавних событий Парке чувствовал себя неловко, однако его голос звучал бесстрастно:

– И русские тоже, господин президент. Благодаря своим успехам в области термоядерного синтеза они резко продвинулись вперед. Русские вкладывали огромные средства в физику высоких

энергий, стараясь создать термоядерные реакторы. Примерно пятнадцать лет назад эти усилия начали совмещать с разработкой противоракетной обороны. Потратив столько сил и времени на фундаментальные исследования, можно рассчитывать на соответствующую отдачу, и отдача у русских получилась огромной. Они изобрели радиочастотный четырехполюсник – мы пользуемся им в наших экспериментах с лучами нейтральных частиц. Они изобрели «Токомак», использующий принцип магнитной термоизоляции высокотемпературной плазмы, – мы скопировали эту установку в Принстоне, – и они же изобрели «Гиротрон». Вот три крупнейших прорыва в физике высоких энергий, о которых нам известно. Мы использовали кое-что в наших исследованиях по стратегической оборонной инициативе, и можно не сомневаться, что и русские нашли методы практического применения своих собственных достижений.

– О'кей, что мы знаем о проведенном русскими испытании?

Снова пришла очередь Грегори.

– Сэр, нам известно, что лазерный импульс имел своим источником Душанбе, потому что два других полигона с мощными лазерными установками – Сары-Шаган и Семипалатинск – находились за видимым горизонтом, то есть они не могли оттуда увидеть спутник. Нам также известно, что это не был инфракрасный лазер – в противном случае луч был бы замечен датчиками на самолете «Кобра-Белл». По моему мнению, для этой установки используется лазер на свободных электронах…

– Совершенно верно, – послышался голос судьи Мура, – наши источники подтвердили это.

– Именно с таким лазером мы работаем на объекте «Чайный клипер». Нам представляется, что он обладает наибольшим потенциалом для использования в качестве оружия.

– Разрешите поинтересоваться, майор, почему вы так считаете? – спросил президент.

– Эффективность создания мощного импульса, сэр. Лазерный пучок образуется в потоке свободных электронов – это значит, что они не соединены с атомами, как при обычных условиях, – в пустоте. Мы используем линейный ускоритель для создания потока электронов и посылаем его в полость, по оси которой направлен луч маломощного лазера. Замысел заключается в том, чтобы можно было использовать электромагниты для придания электронам колебания поперек направления их движения. В результате мы получаем световой луч, совпадающий с частотой колебаний сдерживающих магнитов, – это значит, что можно настраивать частоту, сэр, как в радио. Изменяя энергию луча, вы получаете возможность выбрать именно ту световую частоту, которую производите. Затем можно снова вернуть электроны обратно в линейный ускоритель и еще раз направить их в лазерную полость. Поскольку электрон уже обладает высокой энергией, вы приобретаете здесь огромную мощность. Короче говоря, сэр, теоретически можно выбросить в качестве лазерного импульса сорок процентов энергии от того ее количества, которое вы загнали в лазерное устройство. Если удастся достигнуть этого с достаточно высокой степенью надежности, вы получаете возможность уничтожить все, что находится в пределах вашей видимости, – когда мы говорим о высокоэнергетических уровнях, сэр, мы пользуемся относительными величинами. По сравнению с тем количеством электроэнергии, которое требуется нашей стране для приготовления пищи, количество энергии, нужное для системы лазерной обороны, просто ничтожно. Фокус заключается в том, чтобы заставить ее работать для нужной нам цели. Вот этого мы еще не сумели добиться.

– А почему? – Теперь президент заинтересовался проблемой по-настоящему и даже слегка наклонился вперед.

– Мы все еще учимся, постигая то, как действует лазер, сэр. Основная проблема в лазерной полости – именно там энергия покидает электроны и превращается в световой луч. До сих пор нам еще не удалось сделать эту полость широкой. При слишком узкой полости у нас получается настолько высокая плотность мощности, что она сжигает оптическое покрыгие как на самой плоскости, так и на зеркалах, используемых для направления луча в нужную сторону.

– Но ведь русским удалось решить эту проблему. Как, по-вашему, они сумели этого добиться?

– Я знаю, что мы пытаемся сделать сами. Концентрируя энергию в лазерном луче, мы забираем энергию от электронов, и они становятся менее напряженными энергетически, так? Это означает, что нам приходится сужать магнитное поле, сдерживающее их, – и не забудьте, что в то же самое время нельзя прекращать колебательное действие самого поля. Вот в этом нам пока не удалось разобраться. Русские, возможно, сумели понять это и сделали прорыв на основе исследований энергии термоядерного синтеза. Все методы получения энергий путем управляемой термоядерной реакции основываются на использовании магнитного поля для удержания огромной массы высокоэнергетической плазмы – в принципе это то же самое, что мы пытаемся сделать со свободными электронами. Основная часть фундаментальных исследований в этой области физики осуществлена в России, сэр. Они опережают нас, потому что использовали больше средств и времени в наиболее важном месте.

– Хорошо, майор, благодарю вас. – Президент повернулся к судье Муру. – А какова точка зрения ЦРУ, Артур?

– Ну что ж, мы не собираемся оспаривать точку зрения майора Грегори – он только что потратил целый день, проводя брифинг с сотрудниками нашего научно-технического управления. Нам удалось получить подтверждение, что русские располагают шестью лазерами на свободных электронах, которые размещаются на этом объекте. Им удалось добиться прорыва в мощности лазерного импульса. и сейчас мы стараемся узнать, в чем конкретно заключается этот прорыв.

– И вы сумеете сделать это? – спросил генерал Парке.

– Я сказал, что мы стараемся, генерал. Если нам здорово повезет, то к концу месяца получим ответ.

– Ну хорошо, мы знаем, что они могут построить очень мощный лазер, – сказал президент. – Следующий вопрос: это является оружием?

– Нет, наверно, господин президент, – ответил генерал Парке. – По крайней мере – пока нет, У русских по-прежнему немало проблем с термальным рассеиванием, потому что им не удалось скопировать нашу регулируемую оптику. Они получили огромное количество новейшей технологии с Запада, но ее получить им до сих пор не удалось. До тех пор пока у них в руках не будет регулируемой оптики, они не смогут использовать наземный лазер так, как используем его мы, то есть отражать луч от находящегося на орбите зеркала к отдаленной цели. Но то, что сейчас имеется в их распоряжении, может, по-видимому, нанести огромный ущерб спутнику на низкой орбите. Разумеется, существуют способы защиты спутников от этого, но все сводится к тому же старому соревнованию между мощной броней и еще более мощной боеголовкой, В конце концов победу одерживает боеголовка.