— Не утруждай себя воспоминаниями, а лучше давай поговорим о деле. Итак, Генрих, я хотел бы услышать несколько подробней о той карте, о которой ты мне упомянул в доме твоей тетушки Марии.

— Это обыкновенный медный лист размером в два тетрадных листа. На нем изображена местность и река, правда, название реки не было написано. Название города был указано — это Ксантен, и обозначен год — одна тысяча семьсот три.

— И это все?

— Кажется, все.

— Удивительное совпадение, они тоже выходцы из Ксантена, — задумчиво произнес профессор.

— Кто они? — спросил Генрих.

— Барон и его супруга. Я припоминаю, когда я работал над пергаментом, обнаруженным мной в медной пластине, похожей на ту, о которой ты только что сказал, барон машинально упомянул о том, что привез ее из Ксантена. Как известно, рядом с Ксантеном протекает река Рейн. Часть сведений мною получена от них. Таким образом, очевидным является тот факт, что медные пластины имеют один и тот же источник образования.

— Вы говорите, только часть сведений вы получили от них, — с интересом отметил Генрих, — а другую часть сведений вы откуда получили?

— Да, да, получил, — задумчиво проговорил профессор, а потом, как бы очнувшись, добавил: — Сейчас это не важно.

— Как это не важно?! Для меня это чрезвычайно важно.

— Не торопите меня, Генрих, чуть позже я вам все расскажу.

Хюбнер пригласил к себе в кабинет Генриха Штайнера, который явился незамедлительно. В помещении было очень накурено, как будто здесь только что побывала дюжина курильщиков.

— Присядь рядом, у меня назрел к тебе важный разговор, — обратился к нему слегка хмельной Хюбнер.

Генрих подошел к окну и приоткрыл створку, чтобы проветрить помещение.

— Прости меня, Гельмут, но здесь накурено, как в пивной, — недовольно проговорил он.

— Да, у меня был адмирал, и мы немного выпили и покурили.

Достав из выдвижного ящика письменного стола очередную сигару, Хюбнер специальными ножницами отрезал у нее кончик и вновь прикурил. Сделав глубокую затяжку, он пустил перед собой в воздух пару колец, видимо, сосредоточиваясь перед предстоящей беседой, и задумчиво сказал:

— Пришло время посвятить тебя в одно семейное дело.

Хюбнер испытующе смотрел в глаза Генриху и после минутного замешательства продолжил:

— Существует манускрипт, датированный одна тысяча семьсот третьим годом, в котором написано, что над городом Ксантен летала диковинная колесница, которая наводила ужас на горожан. Вскоре она исчезла в лесу. Наш предок, оружейный Мастер Фриц Бич, находясь в лесу, случайно наткнулся на нее. Рядом он обнаружил еще живого космического пришельца. Он перетащил его в свой лесной домик и стал лечить отварами из трав. Прошло какое то время, и гость выздоровел. Вскоре за ним прилетели и забрали его с собой. В благодарность они оставили Мастеру предмет и велели его хранить у себя.

Фриц принес домой небольшой цилиндрический предмет из неизвестного сплава в виде закрытой капсулы. Он посвятил в свои секреты ближайших друзей — членов тайного ордена. После этого случая поведение Фрица странным образом изменилось. Он стал твердить своим друзьям о том, что только добро приведет к процветанию, а зло и вражда повергнут людей в новые войны, и тогда наступит конец света. Мастер сообщил, что в капсуле заключена огромная сила и информация, а храниться она должна только у него. Однако других членов тайного ордена такое поведение не устраивало, и они предложили ему отдать капсулу им на хранение. Ему сообщили, что тайный орден нуждается в силе и могуществе. А поскольку этот предмет передали слуги Господа небесного, то он должен быть культом преклонения для всех членов ордена, а не только для него одного.

Фриц Бич отказал им, был изгнан из тайного ордена и подвергся гонениям. В это время в Ксантене находился русский царь Петр, который был там проездом в Голландию, где собирался изучать корабельное дело. К нему и обратился Мастер. Царь принял оружейного Мастера к себе в услужение и вместе с несколькими гувернерами направил в Россию. Прошло много лет, Фриц Бич состарился и перед смертью надежно спрятал капсулу. Место ее захоронения он зашифровал и вскоре скончался. А теперь, Генрих, к тебе вопрос: ты слышал об этом?

— Я об этом немного слышал, — настороженно произнес Генрих.

— Да, да, и дед Карл кое-что мне сообщил.

— И что ты мне предлагаешь в этой связи? — спросил Генрих.

— Эту капсулу сейчас ищут.

— Я догадываюсь — это люди из тайного ордена.

— Да, Генрих. То, чем ты сейчас занимаешься в центре профессора Зэхта, направлено не на космические полеты, не на мирные изыскания, а на то, чтобы применить всю мощь летательного аппарата для разрушения и захватнической войны. Капсула — это недостающее звено в цепи их исследований. Надеюсь, это ты понимаешь?