– Как радостно об этом узнать! – Джина притворно восторженно захлопала в ладоши. – И что Мэган?

– Представьте себе, она согласилась! – провозгласил Альберт. Расхохотался.

– О-о! А ее подруга? – Джина уже откровенно смеялась над ситуацией.

Мэган встала.

– До завтра, мисс Суон.

– До завтра, мистер Ридли, – томно попрощалась Мэган. – Увидимся, Джина.

Джине захотелось ее придушить. Альберт каким-то необъяснимым образом стал тем мужчиной, которого Джина ни за что не простила бы своей подруге. Если говорить точнее, она приревновала… Черт! И вправду, когда Альберт смотрит на нее – словно чем-то острым колют под ребра.

– Так как насчет подруги? – вернулась Джина к прерванному разговору.

– Что? А, подруга… Она вроде бы тоже должна прийти в восторг от этой идеи. – Альберт с вызовом улыбнулся.

Интересно, у него друзья есть? Может ли кто-то выносить этого человека больше часа в год?

– Невероятно. Ладно, я обсужу с подругой этот вопрос, – рассмеялась Джина. Запас ее злобы был исчерпан.

– Вот и славно. Еще о Брехте…

– Не надо о Брехте.

– Что вы любите, Джина?

– Неразбавленный виски и джипы, – улыбнулась она.

– Неправда. Скорее капучино и старые дома.

– Может, и так. Вам-то что?

– Любопытно.

– Извините за снежок.

– Извиняю. Ваш десерт несут.

Остаток ужина прошел в странном молчании. Альберт не заводил разговор, а Джина робела затрагивать какую-то тему. Она уже поняла, что высмеять кого-то ему ничего не стоит. Он был интересен, загадочен до невозможности и даже симпатичен в своем жутком не-обаянии. Джина следила за его скептической, усталой мимикой, и Альберт Ридли казался ей все менее и менее страшным. Очень хотелось показаться ему остроумной и привлекательной. Ведь не одна только Мэган принадлежит к прекрасному полу! Ах если бы он это заметил…

Неприязнь таяла, но оставалось натяжение нервов какой-то иной природы.

– С вами нелегко найти общий язык, мистер Ридли. Как вы с этим живете?

– Это не я с этим живу, а окружающие со мной живут.

– Отговорки.

– Правда, что ли? – усмехнулся Альберт. Теперь он напомнил Джине старого волка, который с умилением смотрит, как серьезно исследует мир молодой щенок.

– Ага. Да вы и сами знаете.

– Давайте выпьем, Джина. – Он наполнил ее бокал белым французским вином.

– За что? Уж не за знакомство ли?

– Нет, скажем, за соединение несоединимого и красоту абсурда.

– В искусстве и в жизни. – Джина чокнулась с ним. Вино показалось ей мягким и шелковистым. – Спасибо за ужин. Кстати, кто кого приглашал?

– Я приглашал.

– О’кей. И еще. Подруга согласна.

– Я счастлив, – улыбнулся Альберт. Это была самая теплая из всех его улыбок, когда-либо замеченных Джиной.

– До завтра.

– До завтра, Джина. – Альберт привстал.

– Не стоит. Я все равно не поверю в вашу куртуазность, – усмехнулась Джина. Этот словесный пинг-понг ей уже почти нравился.

– Прискорбно. – Альберт проводил ее долгим взглядом.

Что за странные игры, в которые играет этот человек? – размышляла Джина, поднимаясь по лестнице. Почему он один? Хотя это неудивительно… Но что заставляет его быть таким колючим?

Вопросов было больше, чем ответов. Джина не чувствовала себя вправе влезать в его жизнь. Но тут в голову закралась еще одна мысль: а какую такую игру затеяла Мэган? Она же невзлюбила Альберта с первых минут знакомства!

– Дорогая моя подруга, как ты себя чувствуешь? – громко спросила Джина, открывая дверь номера.

«Дорогая подруга» чувствовала себя, по-видимому, хорошо, потому что в данный момент была занята натягиванием чулка. Мэган при полном параде явно направлялась куда-то заниматься не совсем праведным делом.

– Привет! – расцвела Мэган. – Как ужин? Я в порядке, мне гораздо легче, Ганс пригласил меня погулять.

– Так уж и легче? Признайся, ты бросила меня наедине с этим монстром нарочно!

– О чем ты?! – искренне возмутилась Мэган. – У меня заболела голова, я поднялась выпить таблетку… Теперь все прошло.

– Ну ладно, – сказала Джина, всем своим видом демонстрируя полное неверие в честность подруги.

– Так как ужин? – повторила Мэган свой вопрос.

– Как и следовало ожидать. Мало слов. Много яда. Кухня здесь хорошая.

– А этот Альберт, по-моему, вполне ничего. Мужчина с шармом. Я бы даже сказала, со своим неповторимым стилем.

– Ох, поменьше бы таких стилей!