Рынок, так же как и шерстяная биржа, находился под покровительством императорского дома: прямо против главного входа на форум, рядом с мясной лавкой поставили маленькую часовенку, посвященную императорскому культу. Часовня была открытой; поднявшись по пяти ступенькам, посетитель оказывался перед статуей императора, стоявшей на постаменте; по бокам в четырех нишах размещены были статуи членов императорской семьи. Здесь нашли руку, держащую земной шар, и две статуи в полной сохранности: одну женскую и одну мужскую. Кого изображали эти статуи, вопрос спорный, но женская статуя представляет собой одну из лучших скульптур, найденных в Помпеях. Это, несомненно, копия с греческого оригинала; образцом ее, может быть, послужила знаменитая фидиевская [53] Немесида [54] из Рамна (город в Аттике).

Название продовольственного рынка «macellum» заимствовано с греческого. С эллинистического Востока пришел и его план: такие торговые ряды встречаем мы в греческих малоазийских городах. Позже они распространяются по всему римскому миру; в самом Риме первый такой рынок был выстроен в 179 г. На одной монете Нерона [55] имеется изображение выстроенного им рынка: многоэтажные лавки, в середине — павильон под куполом, в глубине — часовенка со статуей божества. Такое же сходство с помпейским рынком имеется и в плане большого macellum в Путеолах, а также у рынка в Тимгаде (Африка).

Раскопки последнего времени обнаружили, что на месте этого рынка в Помпеях существовал другой, расположенный по такому же плану. Он представлял собой также открытый двор, замощенный битой черепицей и окруженный портиком с колоннами из туфа. Здесь шел ряд лавок. В начале империи посредине двора соорудили для торговли рыбой открытый павильон с деревянной конической крышей, опиравшейся на колонны. Землетрясение 63 г. сильно повредило этот рынок, который, однако, скоро был восстановлен. Лавки сделали просторнее; рыбный павильон перестроили. Тогда же была воздвигнута и часовня, посвященная императорскому культу.

Басилика. На западной стороне форума, несколько наискось от здания Евмахии, находилась басилика. От нее, как и от прочих построек вокруг форума, сохранились одни развалины, но название «bassilica», нацарапанное несколько раз каким-то досужим помпейцем на уцелевшем куске стены, говорит о том, что развалины эти принадлежат именно зданию того типа, который в древности назывался «басиликой» ( ил. 15 ).

«Басилика» — слово греческое, в переводе оно означает «царская». Известно, что в Афинах была «царская стоя» («стоя» означает то же, что и «портик»), названная так по имени одного из первых афинских магистратов, архонта-басилевса («басилевс» — «царь»), заседавшего в этом месте и творившего здесь суд. Об устройстве и плане этого здания мы ничего не знаем. Возможно, что по этому плану начали строить свои басилики эллинистические цари, но может быть, заимствовали они этот план и с Востока. Италия познакомилась с басиликой, во всяком случае, через Грецию: первая басилика в Риме построена была в 184 г. до н. э. Катоном Старшим.

Витрувий рекомендовал строить басилики с той стороны форума, куда в зимние дни попадает как можно больше солнца, «чтобы зимой деловые люди имели возможность укрыться здесь от непогоды». Басилика в Помпеях этому требованию вполне удовлетворяла. Она служила, как и все басилики вообще, своего рода дополнением и продолжением форума. Здесь располагались торговцы, которым стало тесно на форуме; занятые люди и праздные гуляки прятались сюда в тень от томительного зноя и здесь же искали прибежища от южных ливней. Здесь происходили судебные разбирательства: Плиний Младший и другие знаменитые защитники неоднократно выступали со своими речами в римских басиликах. Сюда собирались деловые люди, для которых басилика служила биржей; сюда же Овидий рекомендовал заходить в поисках красавицы, с которой можно затеять роман. Пол одной из старейших римских басилик, которая называется «Юлиевой», потому что постройку ее начал Юлий Цезарь, исчерчен множеством кругов и разных фигур: их нацарапали любители игры в кости. Подобных изображений в помпейской басилике не дошло до нас, вероятно, по чистой случайности. Сохранилось зато множество надписей на стенах. Кто-то из посетителей, прочитав эти надписи, прибавил к ним и свою собственную:

Чего тут только нет! Какой-то Пумидий Дипил сообщает, что он «был здесь за пять дней до октябрьских нон при консулах Марке Лепиде и Квинте Катуле» (т. е. 3 октября 78 г. до н. э.). Тут же — приглашение сыграть в мяч с распределением ролей между партнерами и рядом заметка, что Епафра стал лысым и что играть в мяч он не умеет. Пирр узнал о смерти своего товарища и выцарапывает ему на стене свой прощальный привет. Раб Ситтия, известного помпейского гражданина, нарисовал кораблик и подписался: «рисовал Руфион, раб Ситтия». Кто-то сообщает, играя словами, что «актер Оппий — шахматист, вор» («вор» по-латыни «fur», а «шахматист» — «furunculus»). Среди цитат из Вергилия, Овидия и Проперция [56] стихи местных поэтов. Какой-то страдающий любовник желает пробить дубиной голову Венере и переломать ей ребра, потому что «она пронзила его нежную грудь»; другой ядовито советует: «Дверь {19} для просьб пусть будет глуха, но открыта для денег».

Имена, какие-то намеки на события из собственной и чужой жизни, морализующие размышления, откровенная брань, циничные разоблачения — все эти отголоски разнообразной и разноголосой жизни, которая оставила здесь свой полуистершийся и не всегда понятный для нас отпечаток, свидетельствуют о том, что басилика была местом, которое посещали самые разнообразные слои: от образованных людей, легко справляющихся с античным стихосложением, до рабов, которые трудились над своими надписями с полным неведением орфографии и далеко не всегда умели справиться с выражением своих мыслей и чувств.

Басилика в Помпеях относится к числу древнейших построек этого типа — к концу II в. до н. э. По форме это продолговатый прямоугольник, обращенный узкой стороной к форуму (, рис. 7 Б). Здесь находился и вход: пять решетчатых дверей, разделенных прямоугольными пилястрами из туфа, вели в портик, служивший для басилики как бы прихожей. Отсюда посетитель входил уже в самое здание ее; пять внутренних входов соответствовали пяти наружным. Внутренность здания разделена была двумя рядами высоких ионических колонн (10 м высоты каждая) на три пролета, или нефа; из боковых стен выступали коринфские полуколонны, высота которых, однако, была почти вдвое меньше высоты серединных колонн (5,9 м). Обломки, валявшиеся здесь, дали возможность реконструировать здание: над нижней стеной с ее полуколоннами стояли цельные колонны, перемежавшиеся для прочности со сплошной стеной, где были прорезаны только оконные отверстия.