– Вигма, – его рука легла мне на плечо и скользнула к шее, уже чувствующей нетерпеливое дыхание вампира. – Вигма…

Я зарычала и, ещё раз вскрикнув, на этот раз от силы, встряхнувшей меня, открыла глаза.

– А-а-а!!! – крик достиг своего пика, когда я увидела лицо склонившегося ко мне вампира. – Уйди!

Я принялась вырываться, а Нерих, пытаясь меня сдержать, уселся на мне верхом, со всей силой вжимая в землю.

– Пусти! – прохрипела я, уже не сопротивляясь холодным крепким рукам. – Пусти, – добавила я тихо, чувствуя горячие слёзы на щеках. – За что? – шептали губы. – За что…

Все сдерживаемые эмоции хлынули наружу. Теперь я поняла, как устала, поняла, что хочу зарыться носом в подушку и лежать вечно, не вставая, лишь бы больше никогда не видеть Жара и Нериха, никогда больше не вспоминать о том, что со мной было…

– Вигма, – тихо позвал Нерих, ослабляя хватку и вглядываясь в моё искажённое лицо. – Что с тобой?

– Не хочу, – невнятно проговорила я. – Жить не хочу. Мне надоела эта жизнь.

Советник отстранился от меня, позволив скрутиться калачиком на помятом спутанном плаще, а сам встал на ноги, загородив луну.

– Я устала. Устала идти по своему пути, забыла, что значит спокойствие. Мне надоело…

Мои слова наткнулись на глухую стену молчания, после чего я услышала то, от чего у меня мурашки побежали по коже.

– Надоело жить? – переспросил советник, и на это раз я не слышала в его голосе насмешки. – Не слишком ли громко сказано, принцесса? Сколько ты живёшь в этом мире? Сколько радостей в нём познала? Сколько ошибок ты совершила? Сколько трупов переступила? Сколько раз стирала с лица кровь? Сколько раз падала на колени, что бы подняться или ползти, если сил больше не остаётся? – глаза вампира застилала пелена какой-то скрытой мудрости, словно прожитые годы проступили сквозь тень мальчишки, накинутую умелой рукой. – Что ты знаешь о предательстве? О судьбе? О жизни и её цене? Я невольно смотрела на него, а он закрыл глаза, обхватив голову руками.

– Что ты знаешь о боли…

Я хотела возразить, но наткнулась на взгляд, в котором светилась мука. Вечная мука, пробиравшаяся сквозь века и не находящая выхода, обрекая страдать своего носителя.

Теперь я не сомневалась в возрасте правой руки короля. Передо мной стояло воплощение столетий. Восемь прожитых веков, которые кричали о себе, заставляя по сравнению с собой померкнуть любые мои слова. Чтобы ни случилось со мной, я знала – мне не пережить то существо, что таиться в теле Нериха. Это существо сильнее меня, сильнее кого бы то ни было.

– Надо верить, – продолжил он тихим голосом. – Не в судьбу или удачу. Надо верить в свой путь и не обращать внимания на то, куда он ведёт, зная, что ты найдёшь в себе силы преодолеть любые преграды. Смотреть на жизнь с усмешкой, всё равно из неё живой не выберешься. Смерть – беспощадный игрок.

Он взглянул мне в глаза и отвернулся, кинув взор на пыльную серую дорогу.

– Всего ничего. До Ветса осталось всего ничего. Я поднялась на ноги и подошла к нему со спины.

– Я дала тебе слово. Скоро наши пути разойдутся, чего же ты хочешь? Я услышала смешок с его стороны.

– Пути разойдутся? Не глупи, Вигма. Или ты действительно думаешь, что, сбежав из Клагила, ты сбежала от его короля?

И тут я поняла всё. Неестественную тишину, лёгкость нашего побега… Никто и не думал нам мешать, просто напросто отпустив поводок, который в любую секунду может удавкой затянуться на моей шее.

– Просьба… – усмехнулся вампир, вновь ставший самим собой, глядя на мою несчастную мину. – Ещё придёт час расплате.

Глава 4 СУДЬБА БЕЗДОМНОГО

Жить вредно. От этого умирают. Станислав Ежи Лец

Я поёжилась от холода и прекратила бессмысленную борьбу, направленную на то, чтобы заснуть. Из головы никак не могли вылететь слова Нериха, которые наталкивали на разные мысли. Доминировала среди них та мысль, что я марионетка, которую отпустили ненадолго погулять, точно последнюю блохастую псину.

На глаза навернулись обидные слёзы, когда я представила, что лишена воли и не могу ничего изменить. Не могу? Ну уж нет, я продам свою свободу как можно дороже.

Дойдя до этого смелого решения, я, наконец, облегчённо закрыла глаза, позволяя сну захватить мой разум, уловивший напоследок смешок вампира.

Пробуждение наступило ещё задолго до рассвета. Уже знакомое ощущение пустоты, нагнанной демонами, заставило заподозрить неладное.

Глаза открылись, уставившись в пустое беззвёздное небо. Ни ветра, ни холода – ничего.

Я резко села и отряхнула с себя серый песок, в который улеглась в знак протеста против вампира.

Оглянувшись в ту сторону, где должен был находиться советник, я никого не увидела. Лишь мой конь бил землю копытом в гордом одиночестве. Я горько усмехнулась.