Шрифт:
Мазака открылась взору на третий день.
Город лежал в долине у подошвы горы Аргей, рядом протекала довольно широкая река с извилистыми топкими берегами. Стены Мазаки были сложены из сырцового кирпича и выглядели довольно ветхими. С двух сторон к ним подступали болота, поросшие камышом.
Склоны горы Аргей были покрыты густым лесом, как и равнина вокруг Мазаки. В низине росли клен и липа, густой орешник и дикая груша. Выше по склонам горы расстилались вечнозеленым ковром кедровник и сосновые боры. Воздух был напитан густым ароматом хвои.
В Мазаке не ожидали вторжения понтийского войска.
В городе царило смятение. Жители разбегались кто куда, бросая жилища и скарб.
Митридат вступил во дворец каппадокийских царей, также носивший следы поспешного бегства.
Телохранители приволокли к нему какого-то вельможу с дряблым испуганным лицом.
– Где царь Ариарат? Где Гордий? Где каппадокийское войско?- засыпал его вопросами Митридат.
– Наше войско стоит в Мелитене, там находятся зимние квартиры,- лепетал вельможа, беспрестанно кланяясь Митридату.- Ариарат и Гордий поскакали туда.
– Когда они ускакали? Вчера? Сегодня?
– Сегодня на рассвете, о повелитель.
– Чего они испугались?- усмехнулся Митридат.
– Пастухи сообщили вчера вечером, что царь Митридат стоит станом в одном переходе от Мазаки,- молвил вельможа, не смея поднять глаза на Митридата.
– Велико ли войско у Ариарата?
– О нет, повелитель, невелико,- ответил вельможа,- тысяч тридцать.
Слышавшие это Фрада и Сузамитра переглянулись.
– Действительно, невелико,- улыбнулся Митридат.
– Римские ростовщики тоже бежали в Мелитену?- вновь спросил он.
– Нет, они бежали в Катаонию, соседнюю с Мелитеной провинцию,- говорил вельможа.- В тамошних горах есть сильная крепость Дастарк. Римляне купили ее у царя Ариарата. Там они хранят свои сокровища, там же находятся верные им наемники.
– Слышал, Тирибаз?- обернулся к военачальнику Митридат.- Возьмешь Изабата и его «бессмертных» и разоришь крепость Дастарк. Римлян и их сокровища доставишь в Мазаку, всех прочих можешь перебить. Я останусь в Мазаке и дождусь прихода каппадокийского войска.
В тот же день «бессмертные» во главе с Изабатом и Тирибазом ушли в Катаонию. Местные проводники показывали им дорогу к крепости Дастарк. Митридат повелел сгонять жителей Мазаки, тех, кто не успел разбежаться, чтобы они под присмотром его воинов разбирали городские стены.
– Если войско Ариарата окажется сильнее, то стены Мазаки нам бы пригодились,- сказал Фрада.
Но Митридат был непреклонен.
– Я пришел сюда не за поражениями,- заявил он. Каппадокийское войско подошло к Мазаке спустя несколько дней.
Митридат, извещенный об его приближении лазутчиками, заранее выстроил свои отряды для битвы. Каппадокийцы выстроились густыми рядами в полете стрелы от понтийцев.
Ровная степь благоприятствовала для действий конницы Митридата, которой у него было больше. Сражение началось с атаки понтийских боевых колесниц на левый фланг каппадокийцев. Затем, непрерывно стреляя из луков, ринулась вперед легкая пехота понтийцев. Устремилась на врага конница Сузамитры…
Митридат во главе отряда в шестьсот тяжеловооруженных всадников выжидал, чтобы ударить там, где наметится перевес воинов Ариарата.
На равнине, окутанной завесой из пыли, царил хаос из сталкивающихся в стремительных стычках отрядов конницы, проносящихся колесниц с возницами и без них, смешавшихся в жаркой сече рядов пехоты. Было непонятно, где свои, где чужие. То и дело над этим скопищем орущих и размахивающих оружием людей тучами взлетали смертоносные стрелы и дротики, стуча по меди щитов и шлемов, раня лошадей, которые с диким ржанием катались по земле либо уносились прочь из битвы, не слушаясь седоков. Прошел час отчаянной битвы, но по-прежнему было непонятно, кто же одолевает.
Звенящая оружием лава из многих тысяч бойцов все шире растекалась по равнине, заполняя неглубокие впадины, вползая на ближайшие холмы. Митридат вглядывался в мелькающие воинские значки, стараясь определить, где находится Сузамитра, куда подался Фрада, далеко ли продвинулась его пехота.
Неожиданно перед Митридатом вырос как из-под земли отряд в несколько сотен воинов с продолговатыми щитами в шлемах с перьями. Каппадокийцы!
Митридат выхватил из ножен тяжелый меч.
Его тяжеловооруженные конники с первого натиска рассеяли врагов, изрубив на месте не меньше полусотни. Преследуя убегающих каппадокийцев, отряд Митридата оказался в самой гуще сражения. Митридат не знал, как долго он рубил каппадокийцев направо и налево, рассеивая их отряды, сметая ряды, топча копытами коней павших и раненых. Он не заметил, когда наступил перелом в битве, и опустил окровавленный меч лишь тогда, когда все войско каппадокийцев обратилось в повальное бегство, бросая раненых и оружие. К Митридату со всех сторон устремились понтийские военачальники, поздравляя его с победой. Все восхваляли его молниеносный удар прямо по центру вражеского войска, решивший исход сражения. Примчался на взмыленном коне Сузамитра и горячо благодарил Митридата за то, что он вовремя отвлек на себя часть сил каппадокийцев.