Известие о том, что две дочери стали королевами, здорово потрясло родителей, да и братьев тоже. Рэм и Ирвин мало что могли объяснить, поскольку об этом событии узнали, только во время венчания сестер. Да и после у нас, в смысле сестер, не было времени рассказывать: я с Нираной и Кэнтаром укатил в Родэн, а Лори с Эртаном в свою столицу.

— Из разговоров братьев и объяснений Кристы, мы предполагали, что именно ты имеешь шанс стать королевой. Но чтоб Нирана и Лори… — помявшись, поинтересовался отец.

Тетя Оливия, вернее теперь уж мама, прижавшись плечом к отцу, со смесью восхищения и любопытства смотрела на меня.

— Если честно, то зигзаг судьбы Нираны и меня удивил. Вероятно, невеста — леди Капри, навязанная Кэнтару регентом, была такой стервой, что он был рад жениться на ком угодно. К тому же, как я поняла, за годы сиротства к нему никто не проявлял столько искренней и настоящей заботы и внимания, как Нирана. А тут ещё по пьяне храбрость прорезалась, вот парень и рискнул. Лично я считаю, что он лишь выиграл от этого, — засмеялся я, стараясь развеять их иллюзию по поводу моего участия в этом событии.

Все с недоверием посмотрели на меня.

— А уж выбор Нашего Величества и того понятней. Ведь всё то время, пока он ухаживал за мной, а я убегала, он выбирал для общения только Лорэйн. Вот братья не дадут соврать, — обратился в сторону Ирвина и Рэма.

Те, помолчав немного, кивнули головой, соглашаясь.

— Да и не мог он не видеть, что восхищение Лори было искренним. Уж я то свою сестру лучше других знаю, ей всегда нравились зрелые и властные мужики с чувством юмора, хотя конечно, то, что он король, тоже добавляло свою толику привлекательности. И если вранье еще можно принять за правду, то настоящее чувство трудно не узнать. К тому же, согласитесь, Лорейн очень красива, как на лицо, так и фигуркой, и что немаловажно — умна. Его Величество не слепой, — я очень старался подать ситуацию так, как будто моего участия там совсем не было.

Поверь они сейчас в мою исключительность и везение, и придется мне, как золотой рыбке, на посылках быть. И потом, если что-то не получиться, на меня же всю вину и свалят.

— Но ведь… — попытался что-то сказать отец.

— А за мной Эртан гонялся, видимо, все больше из принципа. А то такой видный мужчина, да король к тому же, все дамы в пачки складываются, а тут какая-то шмакодявка отказывается, вот ему вожжа под хвост и попала. Но всё хорошо, что хорошо кончается, и я рада, что так получилось, — подвел я итоги и постарался перевести разговор на другое.

Через несколько дней мои родственники всем семейством собирались ехать в столицу, поскольку были приглашены на праздничную церемонию бракосочетания и коронацию своей дочери, и сестры. Нашему королю можно было и не спешить, вот он и дал своим подданным больше времени на подготовку. Эта новость порадовала меня, ведь для большой компании естественно будет смотреться и большая охрана, и безопасность Высочествам проще обеспечить, не афишируя их присутствия.

Распрощавшись с родственниками и Высочествами, мы направились обратно в столицу Родэна. Хоть регент с наиболее активными последователями и были казнены, однако, это надо быть полным идиотом, чтоб надеяться, что опасность устранена полностью. За двенадцать дней используя только ту информацию, что сумел подслушать Сэт, невозможно выявить и уничтожить всех. Именно поэтому я все еще опасался за жизнь сестры и её мужа, и торопился вернуться.

На подъезде к небольшому городку начал накрапывать мелкий дождь, и мы поторопились разыскать ближайший трактир. Войдя, первым делом мы сняли плащи и косынки, и направились к столикам в дальнем от входа углу. В зале присутствовало несколько крестьян, да компания горцев, чем-то напоминающая наших грузин, которая что-то праздновала.

Когда мы все группой проходили мимо празднующих, один из них встал и попытался перехватить за талию Лоту, идущую впереди меня. Я резким движением отбил руку в сторону и толкнул его в направлении стула. Уже слегка принявший на грудь, мужик рухнул на стул, чуть не перевернувшись. Вскочив, он схватился за кинжал, шагнул ко мне и застыл с восхищением на лице. Его собутыльники поднялись со своих мест, положив руки на кинжалы, и разглядев противника, в смысле меня, замерли с выражением удивления пополам с восхищением.

— Дэ-эвушка… дэ-эвушка… — заклинило мужика.

Я попытался рассмотреть свое отражение в темном окне, а затем в местном варианте зеркала, сделанном из отшлифованного овального куска железа. Ничего вроде не изменилось, ни дополнительных глаз или еще чего-то столь же необычного во мне не наблюдалось. Только волосы, за лето выгоревшие на солнце, в свете факелов выглядели более рыжими, чем обычно.

— Слушай, гэнацвале, отвали, а… — мне хотелось отдохнуть после дороги, а не вступать в разборки с горцами.

Моя команда настороженно наблюдала за странным поведением не менее странной компании.

— О солнце моё! Свет моих очей! Я буду счастлив оказать тебе честь и взять в жены! — Выпятив грудь и уцепившись одной рукой за кинжал, а другую приложив к сердцу, гордо возвестил мужик.

Теперь очередь выпучивать глаза пришла ко мне и моей команде.

— Ты что с дуба рухнул? Какая жена?! Я уже замужем! — возмутился я.

— Это нэ имэет никакого значэния! Я лучче! Я князь Горэн Морци! У мэня три дэревни, и болшой отар баранов! — проведя рукой по усам, все так же гордо возвестил этот самый князь.