Размявшись, насколько позволяли новые, которые старые, возможности, пошел прогуляться по городу, чтобы обновить его в памяти.

Я медленно шел по знакомой улице, рассматривая дома, людей, их одежду. Тот, кто служил в армии, меня поймет. Даже после двух лет проведенных где-то вдалеке, все такое знакомое с детства выглядит гм… прикольно и необычно. А уж после восьми лет насыщенной жизни в других краях с совершенно другими законами…

Вышел на главную улицу, и, с интересом посмотрев по сторонам, направился к центру, как вдруг сзади зазвенел трамвай. Отвыкший от шума цивилизации и от резких звонков в частности, я шарахнулся в сторону и врезался в стену дома. Прохожие, кто с удивлением, а кто и с подозрением, посмотрели на мои дерганья. Бабка, идущая навстречу, резко затормозила.

— Ходют тут всякие, — выдала она раздраженно, глядя на меня подозрительным взглядом.

— А я сошёл с ума — какая досада! — нервно пошутил я.

Бабуся свалила очень быстро, обойдя меня по большой дуге.

Вспомнилось одно произведение, в котором герой, после многих лет проживания в другом мире, вернулся в тот же момент, когда исчез. Очнувшись, он спокойно пошел на работу, размышляя, не привиделось ли ему, или может, солнце голову напекло.

Бред. Мы осознаем время количеством событий происшедших с нами: более насыщенные периоды и воспринимаются более длительными. А монотонные и безликие годы вспоминаются или ощущаются как несколько дней.

Попав в новый мир, я получил море непривычных, а порой опасных событий и впечатлений, которые запомнились намного крепче, чем многое из происходившего в мире, где родился. Возвращение сознания, после восьми лет отсутствия, в точку ухода, ощущалось, как приезд в город, где прошло детство, спустя много лет. Все кажется знакомым, но как-то отстраненно, а для того, чтобы вспомнить полностью, приходится напрягать память.

На перекрестке я долго стоял, глядя на мигания светофора, не в силах побороть какую-то нерешительность. Красный, жёлтый, зеленый. Красный, жёлтый, зелёный… Внутри как бы что-то перещёлкивало. В памяти всплывали все нужные правила, но вот их с выполнением у меня была некоторая проблема. Раньше — увидел зеленый и пошёл, не задумываясь, а теперь приходилось проговаривать: «Так, зелёный, теперь можем идти, идти…»

В конце концов, я сделал шаг на проезжую часть, и передо мной пронеслась машина. Отпрыгнув назад, я сперва возмутился: «Вот сволочь! Зелёный же!» — но потом вспомнился анекдот про таксиста, что притормаживал у светофора на зелёный свет, пропуская других джигитов. Зелёный там или не зелёный, а по сторонам смотреть надо.

Заглянул в кафе и тяжело вздохнул: «Да-а-а, это тебе не герцогская кухня и даже не графская». Окружающее мне совершенно было не по душе и выводило из себя. Даже умудрился нахамить какой-то старушке, которая совершенно нормально что-то у меня спросила. Посмотрев на её реакцию, я смутился и извинился за грубость.

При входе в подъезд остановился перед лифтом и долго раздумывал: нажать на кнопку или пробежаться по лестнице. С одной стороны — надо пользоваться благами цивилизации, с другой — тренировки легче начать с обыденных вещей, не выделяя для этого специальное место и время. Открывшиеся двери лифта предоставили возможность почувствовать запах, от которого уже успел отвыкнуть. Ухмыльнувшись, я рванул вверх. Хватило меня только на пару этажей. Дальше процесс начал замедляться. Добравшись до своего родного пятого этажа, я почувствовал отдышку, ноги налились свинцом, а в глазах потемнело. Пришлось прислониться к двери и восстанавливать дыхание. Мне, привыкшему в том мире часами лазить по горам, такая метаморфоза очень не понравилось.

Приняв душ, я плюхнулся на диван и снова впал в задумчивое состояние.

Хоть я и старался в мире Лионэллы не думать о прошлом, но желание увидеть свой мир иногда возникало помимо моей воли. Однако возвращение не принесло мне облегчения. Да уж! Ведь я прожил лет восемь в другой обстановке, и там у меня было положение, власть и слуги. Бытовыми вопросами и делами я абсолютно не занимался, и даже не задумывался о них. Мог послать кого угодно подальше. Со мной никто не спорил и чаще всего все прислушивались к моим словам. Да и вокруг такие толпы не бегали. Правда, когда приходилось жить в королевских дворцах, то народа вокруг было все же многовато. Однако даже такое количество меня раздражало, а ведь там людей было гораздо меньше, чем на улицах Москвы.

Гм… Я что, жалею о жизни в том мире?! Или не жалею?… Но ведь и там мне уже нечего было делать… Да, вообще-то и не хотелось… В душе был полный кавардак.

Однако нравиться — не нравиться, а привыкать надо. Решил выбирать для прогулок время, когда на улице поменьше народу, чтобы просто свыкнуться с новым, которое на самом деле — забытое старое.

Как-то неспешно тащась по улице, заметил впереди группу так называемых «быков». Похоже, парни явились выколачивать деньги. Всегда терпеть не мог подобный «бизнес». Вспомнил о своих способностях, раскрытых в том мире с помощью магистров. Решил проверить на этих придурках, работают ли они здесь.

Сделав вид, что звоню по телефону, попытался сосредоточиться и несколько раз врезал по этой группе ударом, правда, каким именно, так и не понял. Получилось не с первого раза и несколько слабее, чем в том мире. Однако этого хватило, чтобы мальчики ретировались.

Когда же я продолжил свой путь, то торгующий в лавке индус хоть и с некоторым акцентом, но по-русски, поприветствовал меня. Мы разговорились, а затем, он пригласил меня чаю попить. Мне почему-то совсем не хотелось общаться со старыми знакомыми, а вот с незнакомым человеком оказалось намного проще. Может потому, что не боялся, что он может удивиться каким-то, не свойственным мне раньше, манерам и темам для разговора.