– Ты прав, ты нужен нам!

– Если не секрет, зачем?

– Это не телефонный разговор. Скажу одно, дело касается твоего старого знакомого – Кабана!

– Вы упустили его?

– Нет! Но и это тоже не телефонный разговор.

Дементьев спросил:

– Что от меня требуется?

– Твое прибытие в загородную резиденцию Управления. И второе – принципиальное согласие на переход в ГУБТ. Или отказ.

– Почему именно сейчас вы сделали мне официальное предложение перейти в спецслужбу?

– Потому что завтра я хотел бы разговаривать с тобой, как с подчиненным в ближайшей перспективе. Ну и потому, что нам нужны такие люди, как ты. И сегодня, и завтра, и вчера. Прошу понять меня правильно, я ни на чем не настаиваю, право принятия окончательного решения остается за тобой, и я приму его, как должное. Но надеюсь, что ты согласишься!

– Мне надо подумать!

– Думай до завтра! Посоветуйся с женой. С Вербиным. Работу жене мы обеспечим, жилье и достойную оплату тоже. Твоя семья не будет нуждаться ни в чем.

Дементьев повторил:

– Хорошо! Я подумаю! А вот как с прибытием в вашу загородную резиденцию? Я же на службе.

– С руководством УВД вопрос о твоем отсутствии будет решен сегодня же. Выехать же в Москву ты можешь с группой Вербина. Созвонись с ним, он заедет за тобой, или вы договоритесь, где встретиться.

– Понятно! Я приеду!

– Вот и хорошо! Жду тебя!

– До встречи!

Андрей выключил сотовый. Подумал, – опять Кабан! Видимо, у Феофанова что-то пошло не по плану. Или штаб спецслужбы решил каким-то образом вновь вывести его на Кабадзе. Иначе зачем он нужен в Москве? Консультацию по повадкам Кабана можно получить и по телефону. Да сейчас и спецслужбе известны повадки этого шакала. Но то, что Кабан не вывел спецов на перевалочную базу на Кавказе, очевидно. А следовательно, в резиденции родился новый план, реализацию которого генерал Феофанов решил возложить на него, капитана Дементьева. Ладно, с этим разберемся в Москве, а вот как решить вопрос с переводом? Предложение заманчивое, и будь он один, то согласился бы без всяких сомнений. Тем более после того, как поработал с ребятами из этой службы. Но как на перевод отреагирует супруга? Она привыкла к жизни в Переславе. Здесь все ее устраивает. Кате неизвестна и чужда жизнь в условиях закрытого военного городка. К этой жизни женщинам приходится привыкать долго. Не всем удается это. Кто-то бросает все и уезжает. Захочет ли Катя изменить жизнь? Придется вместо расслабухи при свечах, за бокалом игристого вина, вести разговор о переводе. Впрочем, свечи и бокалы никуда не денутся, а вот о расслабухе предстоит забыть. Какая к черту может быть расслабуха, когда надо принять, без преувеличения, судьбоносное решение. От разговора не уйти. Хотя, в принципе, Феофанов не настаивал на переводе. Можно и отказаться. От перевода, но не от командировки. Он обещал приехать в Москву, значит, приедет. И задачу, что поставит начальник Управления, отработает. Феофанов помог разгромить банду наркоторговцев, в ответ отказать ему в его просьбе – просто свинство. И Дементьев данного слова никогда не нарушал. Обещание же и есть слово. Значит, с командировкой вопрос решен, остается решить вопрос с переводом. Но здесь он поступит так, как скажет супруга. Обрекать Катю на лишения он не имеет права. Она не должна страдать из-за его службы. Независимо от того, здесь, в милиции, или в спецслужбе.

Определившись с тем, что право принятия окончательного решения на перевод он передаст супруге, капитан вошел в подъезд. Через несколько минут он уже находился в объятиях Екатерины.

Супруги прошли в гостиную. Катя выложила на диван чистое белье:

– Ополоснись, Андрюш!

– Да, душ не помешает!

– Что-то серьезное на работе было?

– Все, как обычно! Ладно, я в душ, потом поговорим!

– А я на кухню! Стол там накрыть или в комнате?

– Где хочешь, на твое усмотрение!

Приняв душ и переодевшись, Дементьев прошел на кухню, где супруга решила накрыть стол. Шторы были плотно прикрыты, втягиваясь слегка в открытую форточку. Свет погашен, вместо него горели пять толстых свечей. Посредине стояла бутылка вина. И совсем некстати – тарелка с пельменями.

Капитан улыбнулся:

– Да, закуска, конечно, как раз к игристому вину!

– Не смейся. Поужинай сначала, а потом я выставлю и бокалы и шоколад!

Покачав головой, капитан принялся за пельмени. Не прошло и трех минут, как Екатерина убрала пустую тарелку:

– А говорил, что за закуска? Проглотил, не прожевывая. Ну и теперь можно приступить к вечеру при свечах.

Капитан открыл бутылку, разлил искрящееся вино по бокалам.

Андрей поднял свой бокал:

– За тебя, любимая!

Катя ответила:

– И за тебя!

Раздался звон хрусталя. Супруги выпили. Катя сказала:

– Ой, голова закружилась. И вино, вроде, не крепленое.

– Устала, наверное?

– Да нет!

– Ну тогда, пока голова окончательно не пошла по орбите, давай поговорим! Разговор предстоит серьезный!

Дементьев выложил супруге суть предложения, сделанного начальником Главного Управления по борьбе с терроризмом.

– Вот так, дорогая, я получил официальное предложение на перевод в спецслужбу!

– И что ответил?

– То, что подумаю, с тобой посоветуюсь. А затем, после разговора с Феофановым, решил, пусть будет так, как скажешь ты!

– Но ведь это твоя, а не моя работа?

– Мне важней, чтобы тебе хорошо было!

Катя задумалась. Андрей успел выкурить сигарету. Наконец она спросила:

– Скажи, Андрюш, ты по прежней службе тоскуешь?

Дементьев пожал плечами:

– Как сказать? Не то чтобы тоскую, мне ее не хватает. Но ты вполне восполняешь эту нехватку. Мне очень хорошо с тобой!

– И все же ты хотел бы вернуться в спецназ. Я это чувствую.

– Да, хотел бы, но не в ущерб семье!

– Знаешь, если уж ты оставил за мной право принять решение, то я приняла его. Соглашайся. Поедем на новое место. Я привыкну. В городке же живут жены офицеров? И я привыкну. Буду ждать тебя. Провожать и ждать.