— Умом тронулись, — перевел Леший свою реплику на понятный бойцу язык. — Это же самое гиблое место в локации. Да что там, во всей Зоне!

— Какой-то Объект хотят найти поблизости от Городища. Бункер, что ли… не знаю точно. То ли под Полесьем, то ли под бассейном, а может, южнее. Спецы думают, что в районе медсанчасти надо искать.

— Один хрен, — Леший помотал головой. — Уж поверь, там везде полная задница! Да ты просто на Городище взгляни. Жуть, да и только! А вблизи вообще обделаться можно, так оно на психику давит! А когда на тебя еще и пара миллионов чугунков попрет…

Леший на секунду зажмурился.

— Значит, такая наша судьба, — Максим вздохнул.

— Пошел ты! — Леший взглянул на товарища по бизнесу, а теперь и по оружию, с неприязнью. — Фаталист драный.

— А говорил пять классов, — Максим вдруг рассмеялся. — Смотри, какими умными словами бросаешься.

— Я? — Леший на миг завис. — Это… просто вырвалось.

— Ты не трясись, Леш… э-э… Старшинов. Командование ведь тоже не бессмертное. Сунемся в город, если запахнет жареным, дадим задний ход. Сколько раз такое бывало. Ничего страшного. И не опаснее, чем наши с тобой патрульные рейды на станцию.

— Ага, патрульные, — Леший огорченно хмыкнул. — Особенно последний рейд был патрульным. Чуть на небеса не упатрулировали. Ты как уцелел?

— Сделал ноги, — Максим бросил опасливый взгляд на одного из офицеров спецназа, который маячил в ста метрах правее. — А ты?

— Примерно такая же история, — Леший снова взглянул на далекое Городище. — Жуткая, как эта засека.

Возведенное или выращенное, как посмотреть, наноботами сооружение было огромным, а потому даже на таком расстоянии не терялось в серой мути пасмурного дня. Металлорастения разной высоты, толщины и ветвистости сплетались в невообразимые клубки, узлы и колтуны, образуя стену, которая вздымалась над руинами Припяти, казалось, до самых облаков. Толщина стены была разной на разных участках, но не меньше сотни метров. А если смотреть сверху, засека походила на окружность, внутри которой располагались еще два концентрических кольца.

Между вторым кольцом автонов и внешней засекой оставалось метров триста абсолютно свободной от металлической растительности земли. Причина проста, там топтались полчища биомехов. Утрамбованная колесами, ногами и гусеницами биомехов земля стала тверже стали, так что пробиться сквозь нее не могли даже автоны.

Между вторым кольцом и внутренним кругом Городища тоже мало что колосилось, но тут причина была иной. В мизерном промежутке между «терновыми» кольцами возвышалось нагромождение каких-то серых кубов, вроде цинковых ящиков для перевозки артефактов типа «Аккумулятор» или, как их называли некоторые сталкеры, «Сердце зверя». Только кубы внутри Городища были в десятки раз крупнее транспортировочных ящиков, и, что в них на самом деле хранится, никто из людей даже не предполагал.

Внутри третьего кольца возвышалось нечто вроде муравейника. Вот только муравейник этот был сделан не из соломинок и березовых веточек, а сплетен из металлических растений и достигал в высоту метров пятидесяти. Впрочем, сходство с муравейником все-таки имелось. От подножия и до вершины сооружение вроде бы шевелилось, настолько активно между ветвями автонов сновали скорги всех мыслимых размеров и модификаций. От микроскопических, состоящих всего из одной колонии наноботов, и до относительно крупных, вроде скарабеев. Кроме того здесь копошилось немало мелких биомехов, вроде змей, мозгоклюев и стальных крыс.

Но все это безобразие можно было рассмотреть только сверху, со спутников или с бортов суборбитальных боевых челноков «Миг-СОКОЛ» и атмосферной авиации. Для наблюдателей, приближающихся к Городищу по земле, сооружение выглядело как гигантское железное гнездо. Мрачное, холодное, нависающее.

Оно будто бы тянуло к людям уродливые ветвисто-шипастые лапы, серо-буро-зеленые от ржавчины и окислов меди. Хитросплетения внешней стены Городища тоже кишели разнокалиберными механическими паразитами, а еще между ветвями автонов проскакивали мелкие дуговые разряды, после чего вниз сыпались снопы синих искр и падали красные кусочки окалины.

Только отсюда, снизу, с земли, а не с суборбитальной высоты, Городище представало во всем его величии. Только так можно было увидеть, что оно неприступно. И не потому, что построено по правилам адской фортификации, а потому, что в любой момент могло устроить любую мыслимую и немыслимую каверзу. Например, обстрел синими энергетическими сгустками, наподобие шаровых молний, или спорами автонов, размером от колючки репейника до стального дикобраза, летящими со скоростью пули. Или просто натравить биомехов и полчища мелких скоргов на людей.

Причем не важно, где находились изделия техноса в момент получения приказа из Городища — внутри засеки, снаружи или вообще за десять километров от него. На зов Городища биомехи приходили, приезжали и прилетали откуда угодно и защищали засеку до последней капли смазки.

И вот к такому жуткому логову механической нежити чистильщики пытались подобраться почти вплотную. Во всяком случае, они намеревались пробраться туда, где внешняя стена Городища уже заслоняла половину неба и давила на психику, как промышленный пресс.