Дама-оригиналка прошла в прихожую, повесила сумочку на вешалку, сняла босоножки и нерешительно застыла на входе в зал.

– Да вы проходите, проходите, – сморщившись в сторону, словно от зубной боли, произнес хозяин квартиры. – Не стесняйтесь… Прямо как в первый раз.

Ариадна скосила глаза в его сторону и прошла в зал. Там она в напряженной позе уселась на диван и сложила руки на коленях.

– Ариадна, – заставил себя улыбнуться Рахметов, – вы сегодня великолепно выглядите.

– Правда? – просияла женщина и тут же скуксилась. – А вы сегодня, кажется, не совсем в духе. Может быть, вы себя неважно чувствуете? Я не вовремя. Только скажите, и я уйду, не буду смущать вас своим присутствием.

Рахметов смутился, поняв, что Ариадна заметила, какую физиономию он скорчил при ее появлении.

– У меня вчера была страшная мигрень. До сих пор голова какая-то тяжелая, – объяснил он. – Но… Сейчас я приведу свои мысли в порядок и постараюсь быть вам не очень противен.

Ариадна улыбнулась в ответ на его кокетство, она явно почувствовала облегчение. Она уселась на диване поудобнее и посмотрела на Рахметова более приветливо.

– Я тоже вчера себя плохо чувствовала. Говорят, причина нашего с вами плохого самочувствия в магнитных бурях… – Она глубоко вздохнула и схватилась обеими руками за голову.

– Да нет, – слегка нахмурил брови Рахметов, – моя мигрень иной природы… Ну да это не важно.

И, собрав всю силу воли в единый кулак, он встрепенулся, нарисовал на лице подобие улыбки и бодрым голосом, слегка превысившим обычное количество децибелов, что еще раз крайне смутило Ариадну, продолжил общение.

– Итак, вас по-прежнему интересуют перспективы вашей личной жизни, – манерно сложив руки крест-накрест на груди и откинув голову назад, сказал он.

– Меня познакомили с одним человеком… – проговорила Ариадна.

– И… Чем он занимается?

– Он занимается компьютерами.

– Что ж, это перспективно, – важно кивнул Рахметов.

– Да, но меня интересует не деловая сторона, а насколько перспективными окажутся наши отношения… И что ждет нас, продолжится ли вообще все это? Я сама в этом сильно сомневаюсь, но хотела бы все-таки узнать мнение специалиста, – с просящими интонациями произнесла Ариадна, глядя на Рахметова с большим уважением.

– Кто он у нас по знаку?

– Весы.

– А вы, как я помню, Лев.

– Да.

– Восьмое августа семьдесят шестого?

– Да.

– А время рождения?

– Почти полночь. Двадцать три сорок пять, – сказала Ариадна.

– А он?

– Что он? – не поняла клиентка.

– Мне нужно знать дату его рождения и желательно время. А также время зачатия.

– Зачатия кого? – поразилась Ариадна.

– Вашего нового знакомого.

– А без времени зачатия ничего не получится? – наивно-испуганно спросила Ариадна.

– Н-да… трудновато будет, – с серьезным видом сказал Рахметов. – Ну что ж давайте попробуем угадать будущее другим способом. – Он исподлобья вопросительно посмотрел на девушку, выдержал паузу и продолжил: – Погадаем на Таро?

– Давайте попробуем. – Ариадна завороженно смотрела на Рахметова.

Лицо Рахметова приняло сосредоточенное выражение. Он разложил карты и уставился в них.

– Ариадна, – астролог оторвался от карт и посмотрел на гостью, – нельзя смотреть на мир через вуаль негативизма!

Ариадна попыталась прервать мысленное погружение Рахметова в иные миры:

– А насчет моего нового знакомого там что?

Рахметов осуждающе и с некоторой долей сожаления посмотрел на Ариадну и произнес:

– Вижу, что соединится мужское и женское начало, но вам придется быть мужественной. Вы сможете продолжить эти отношения, но они потребуют от вас неких жертв.

Ариадна смутилась, неожиданно заулыбалась и наконец хихикнула. В ответ на этот смешок лицо Рахметова вытянулось.

– Ариадна, что-то не так? – спросил он.

– Нет, все так, но что ж это значит «быть мужественной»?

– Ариадна вы все время пытаетесь все слишком конкретизировать. Но карты Таро учат нас духовно трудиться. Вы должны над этим поразмышлять.

– Эти карты меня ничему не научат. Борис Алексеевич, если я вам плачу деньги, то извольте говорить мне все по существу! – переменилась в лице клиентка.

– Ну хорошо, – вздохнув, продолжил Рахметов. – Речь скорее всего идет об одной физиологической особенности компьютерщиков.