Пробила полночь, и через кладбищенскую ограду перемахнула зловещая фигура, закутанная с ног до головы в… пожалуй, достаточно для создания настроения. В общем, в половине первого Джейми с трудом перебралась через ограду, путаясь в длинной шубе.

Джейми подошла ко мне. Черный комбинезон, выглядывающий из-под расстегнутой шубы, служил отличным маскировочным костюмом, только вот огненно-рыжие волосы бросались в глаза даже в темноте.

— Чудесная шубка, каракуль, наверное? — заметила я, скептически оглядев свой наряд: свитер и джинсы. — Я, как всегда, недотягиваю.

— А кто тебя видит, кроме призраков?

— В том-то и дело. Любой дух, увидев меня в таком прикиде, сразу поймет, что я из своих. Нужен камуфляж.

Я закрыла глаза и переоделась во все черное: свитер с высоким воротником, облегающие джинсы, косуха и сапоги до колен. Даже на кладбище надо хорошо выглядеть.

Мы подошли к могиле Робина Маккензи. Минут пятнадцать Джейми раскладывала свое хозяйство, а Маккензи пришлось выманивать целый час. Судьбы и прочие власть имущие держат под особым контролем опасные места загробного мира.

Появился призрак. В показанных мне сценах из прошлого я видела Маккензи только со спины, но основные приметы совпадали: средний рост, русые волосы, щуплый. По-моему он стал еще костлявее, но десять лет в тюрьме — не санаторий.

— Робин Маккензи? — спросила Джейми.

Он замер, как зверек под светом фар, но, оглядев Джейми с головы до ног, довольно улыбнулся, а, заметив меня, заулыбался еще шире.

— Привет, красавицы!

— Робин Маккензи? — повторила Джейми.

— Он самый. — Призрак потянулся, — Простите, что сразу не понял, меня некроманты никогда не вызывали. Вы ведь некроманты, верно?

Джейми кивнула.

— Класс! — Он с ухмылкой оглядел нас. — Что ж, чего желаете, красотки? Развлечений с инкубом?

Я спрыгнула с надгробия и подошла поближе.

— Думаешь, тебя вызвали для этого?

— Очень даже надеюсь. Призрачная групповуха…

Тут он получил удар под колени, и, не давая ему опомниться, я ухватила его за ворот и уложила мордой в грязь — выдала себя с головой, разумеется, но беспокоиться об этом было поздно.

— Ма-а-аленький намек, — прошипела я. — Это не заигрывание.

Он что- то прохрипел, пытаясь подняться, и пришлось еще чуть-чуть его повозить по грязи. Призрак вырывался и кашлял.

— Хватит придуриваться. Ты мертв — не задохнешься и не подавишься. Взамен могу предложить другой набор исключительно неприятных ощущений. Попробуй только заикнуться о групповухе — узнаешь, на что я способна, прежде чем мы вернем твою подлую душонку убийцы в ад. Понял?

— Убийцы? — вытаращился призрак. — Слушайте, я не знаю, кого вы ищете…

— Так ты не Робин Маккензи?

— Нет, конечно! Вы так старались, а он все не отзывался, вот я и решил пойти вместо него. А что, вдруг да повезет… — Он еще раз окинул меня взглядом. — Попытка не пытка, так?

Я подтащила его к некромантскому алтарю, наклонила над чашей с дымящейся вербеной, и он растаял. Джейми сидела на краю могильной плиты, закрыв лицо руками.

— Прости, пожалуйста.

Моя напарница подняла голову, и оказалось, что она хохочет.

— Ты бесподобна. Буду приглашать тебя на спиритические сеансы.

— Может, одеться посерьезнее? — Я закрыла глаза и сменила одежду на черную футболку и черные же джинсы. — Ну вот, лучше?

— Не имеет значения. Знаешь, я все испробовала. Даже если побриться налысо и завернуться в мешковину, все равно является толпа посторонних призраков. Есть подозрение, что у них весьма популярен порнографический сюжет о связях духов с некромантами.

— «Шлюхи на спиритическом сеансе-3: проказы некромантов».

— Вроде того, — рассмеялась Джейми. — Попробуем сначала. И на сей раз проведем идентификацию.

Через полчаса напряженных уговоров, дрожащий и потный Робин Маккензи явился из ада. Еще минут пятнадцать он приходил в себя. Да, похоже, в аду бедняге пришлось несладко.

На всякий случай мы спросили его, как звали жену. Злобный ответ подтвердил, что перед нами настоящий Робин Маккензи.

— Она мертва? — приподнявшись на локтях, спросил убийца хриплым от долгого молчания голосом. — Скажите мне, что она умерла.

— Умерла, умерла, — заверила я.

Облизнув пересохшие губы, он впился в меня лихорадочно горящими глазами.