Она подпрыгнула на месте и инстинктивно начала сопротивляться.

– Только пискни, и я пристрелю тебя, – услышала она грубый мужской голос.

Затыкая ей рот, он крепко прижал ее к себе. Он был в перчатках, как заметила Мадди, и кровь застыла у нее в жилах. Это был он. Тот человек, который напал на нее в гостинице.

– Ты можешь выбирать, – прошептал он этим своим ужасным голосом. – Либо мы с тобой спокойно выходим вдвоем через черный ход, либо ты начинаешь шуметь, сюда вбегает твоя подружка, и я тут же ее пристрелю. Слово за тобой.

Мадди подумала о той ночи в гостинице. Пистолет у него с глушителем – он может в любую секунду выстрелить ей в висок, и Синтия даже не услышит выстрела.

Она кивнула, а потом замерла на месте. Холодный пот покрыл все ее тело.

– Умная девочка.

Он подтолкнул ее к двери. Мадди в последней надежде подумала о системе безопасности. Она была включена, Мадди была в этом уверена. Но если это было так, то как же он ухитрился незаметно войти?

– Открывай дверь, – сказал он.

Она повернула ручку, открыла дверь – ничего, никакого звука. Он вытолкнул ее на лестничную площадку.

– Закрой дверь, – сказал он, и она сделала это скользкими от пота руками. – А теперь потихоньку спускайся.

Когда он выталкивал ее на площадку, Мадди увидела его лицо. Ужас, как желчь, поднялся у нее в горле. Он сильно изменился, но нос и рот остались теми же, так же как и его жестокие глаза.

Это был Кен Уэлш.

Убийца был где-то рядом. Сэм знал это, чувствовал нутром. Проблема с этими мафиози, которых они арестовали вчера вечером и сегодня утром, была в том, что их оказалось слишком много. Много бандитов – значит, много работы, много всякой писанины, проверок, допросов. Надо было перелопатить кучи всякого дерьма, чтобы найти хоть толику нужной информации.

Интуиция подсказывала ему, что все это напрасно.

Каждая деталь, о которой сообщила ему Мадди и которую можно было проверить, оказалась правдой. Он проследил за Лесли Долан с момента рождения до ее «смерти».

Согласно документам, небольшой домик в бедной части Балтимора действительно был взорван семь лет назад. Погибли все, кто там находился. Пожар был таким сильным, что удалось собрать лишь какие-то фрагменты человеческих останков. Погибших опознали по их личным вещам, которые собирали по всей округе.

Настоящего расследования, в сущности, так и не проводилось. Это был бедный район, и все знали, что жертвы были как-то связаны с мафией. Никого особо не волновала их судьба.

Сэм ждал, когда ему сообщат имена агентов, которые работали в то время в Балтиморе. Ему было интересно узнать, кто такие эти Кен Уэлш и Ричард Шелтон.

Уинн подошел к нему сзади.

– Ну что, есть что-нибудь? – спросил он.

Они находились в штаб-квартире ФБР в Сент-Луисе. Там им было легче обрабатывать поток информации, поступавший в течение дня. Было уже поздно, приближалось к одиннадцати, но в офисе все еще шла напряженная работа.

– Нет, пока ничего, – ответил Сэм.

Он сравнивал данные, которые им удалось получить от задержанных, с теми, что сообщила ему Мадди. Он пытался нащупать общую ниточку. Пока это ему не удавалось.

– Ты готов? – спросил Уинн.

Сэм кивнул и поднялся с места. Комната была большой, безликой, с выкрашенными в бежевый цвет стенами. Повсюду, на столах, за перегородками, мерцали экраны компьютеров. Гомес сидел за компьютером и что-то печатал. Они с Хендриксом должны были наблюдать за квартирой Мадди, и Сэм поморщился, увидев его здесь.

– А я-то думал, что ты там, на улице, следишь за ее квартирой.

Гомес бросил на него через плечо рассеянный взгляд:

– Уже иду. Боже, ты видел когда-нибудь в жизни столько бумаг?

– Все эти бумаги могут подождать. Вы должны быть сейчас там.

– Да идем, идем.

– Ты не думаешь, что он среди задержанных? – спросил Уинн, когда Сэм подошел к нему и они направились к двери.

– Да кто его знает! Я не хочу рисковать.

Уинн только что заявился после часового отсутствия, и Сэм в первый раз внимательно посмотрел на него, когда они ехали вместе в лифте. Брови у Сэма задергались. Сэм настолько устал, что казался пьяным. Когда он видел Уинна в последний раз, на нем не было ни пиджака, ни галстука. Не говоря уже о белой рубашке и тщательно выглаженных брюках цвета хаки.

– Ты переоделся? – спросил он, слегка удивившись, когда лифт доставил их на первый этаж.

– Да. – Уинн выглядел чуть ли не смущенным. – У меня свидание.

Они уже шагали по парковке.

– Свидание? – Сэм был поражен. У Уинна свидание здесь, в Сент-Луисе? И тут что-то как будто щелкнуло у Сэма в голове. – Гарднер?

Уинн покраснел.

– Да. Мы идем в «Мортон». Мы собирались сходить туда вчера вечером – это было бы наше первое свидание, – но нам помешали обстоятельства.

Сэм знал, что «обстоятельства» – это не что иное, как судорожный поиск его и Мадди. Они подошли к машине. Открывая дверцу водителя, Сэм усмехнулся Уинну через крышу.