Девушка рассмеялась:

– И не нужно отправлять открытки, можно будет просто послать факс: «Хочу, чтобы вы появились здесь. Почему бы вам не переправить себя по факсу и не присоединиться к нам!»

– А если вам некогда ехать отдыхать самому, вы всегда сможете послать вместо себя свою копию, – подхватил Джо.

Они громко рассмеялись. Джо заказал для Джулиет еще вина, а себе пива.

Потом заглянул в меню. Девушка вытащила из сумочки пачку сигарет и серебряную зажигалку.

– Не возражаете, если я закурю?

Джо покачал головой – он вдруг вспомнил предостережения АРХИВа.

– Валяйте! Если вы решили непременно доконать себя, то мне это только на руку!

Это замечание явно обидело Джулиет, улыбка моментально исчезла с ее лица. Девушка положила сигареты на стол и спросила:

– Внутри компьютера можно будет курить, не причиняя вреда здоровью, не так ли?

– Сколько угодно! – подтвердил Джо.

В этот момент подошла официантка, и Джулиет заказала минестроне и лазанью с зеленым салатом. Джо заказал для себя то же самое. Потом девушка вытащила из пачки сигарету. Ее пальцы с неухоженными ногтями подрагивали.

Она прикурила, глубоко затянулась и выдохнула дым в сторону, чтобы не попасть в лицо Джо.

– Какая у вас самая заветная мечта?

Джо на несколько секунд задумался, потом кивнул.

– Я хотел бы создать компьютер, который гордился бы мной. – Профессор пожал плечами. – И за создание которого мной гордился бы мой отец. – После некоторого колебания он добавил: – Если бы был жив…

Подобие улыбки чуть смягчило суровое выражение лица Джулиет.

– Я уверена, что АРХИВ уже очень гордится вами.

– АРХИВ пока еще меня недооценивает. – Джо подмигнул. – АРХИВ очень интеллектуален.

Джулиет снова затянулась сигаретой.

– Я убеждена, что он оценивает вас выше, чем вы предполагаете.

В этот момент официантка принесла повторно заказанное пиво и вино. Джулиет дождалась, когда она отойдет на достаточное расстояние, а потом смущенно проговорила:

– А разве не бессмертие является вашей заветной мечтой и главной целью?

– Бессмертие мне необходимо, чтобы довести до конца свою работу.

– Что вы имеете в виду?

Джо уперся растопыренными пальцами в стол.

– Я… вот что имею в виду. Будущее всего мира зависит от того, насколько хорошо мы познаем этот мир. Человек слишком недолговечен. Люди к семидесяти–восьмидесяти годам только начинают набираться ума, мудреть, и именно в это время приходит смерть. Нашей жизни не хватает для глубокого изучения самих себя, своей планеты, вселенной. – Джо хлопнул по столу ладонью. – Представьте себе муху, кружащуюся над этим столом. Она не знает о назначении салфеток, узора на тарелках, она различает только материал, из которого они сделаны. И муха не может объяснить, что она видит, так как не способна постичь всю сложность окружающей обстановки. Думаю, что мы так же вот кружим… вокруг какого-то стола, только побольше, и не знаем полной картины, а следовательно, и не можем понять истинного значения того, что видим. Создав думающую машину, я смогу объяснить окружающий нас мир.

– Значит, вы хотите жить долго только для того, чтобы создать такую машину?

– Да.

Девушка нервно затянулась сигаретой.

– Из всего, что вы говорили и писали, я сделала вывод, что вы хотите жить вечно. Но скажите, что бы вы сделали, будь у вас в распоряжении десять тысяч лет?

– Охотно отвечу. На следующую тысячу лет я уже наметил план, а к тому времени, как я его выполню, я придумаю, чем заняться в последующие несколько тысячелетий. Я хочу добиться победы над смертью в нынешнем ее понимании… – Джо надолго задумался. Потом глянул в глаза девушки. – Знаете, я поражаюсь, как много людей не приемлет саму идею бессмертия. – Он провел пальцем по стеклу бокала. – Вот сейчас вы молоды и здоровы. Но если бы вам сказали, что вам осталось жить всего шесть месяцев, вы бы пошли на все, чтобы избежать смерти?

Джулиет чуть наклонила свой бокал, расплескивая по его стенкам вино. Девушка сидела опустив глаза, было видно, что она преодолевает что-то внутри себя, с чем-то борется в смятении. Наконец она снова подняла глаза, но посмотрела куда-то в пространство, мимо Джо, и лицо ее было печально, а в изумрудных глазах поблескивала влага. Она отбросила назад волосы и, посмотрев на Джо, попыталась изобразить улыбку. Затем снова уставилась на свой бокал.

– Мне действительно осталось жить шесть месяцев, – проговорила она. – А может, и меньше.

Официантка принесла им салаты и удалилась. В кухне женский голос что-то спросил по-итальянски, мужской ответил. Потом открылась и тут же закрылась входная дверь, впустившая двух новых посетителей, мужчину и женщину. Они насквозь промокли. Женщина задержалась у входа, складывая зонтик, с которого стекала вода.

Джо молчал, пристально глядя в лицо Джулиет. Когда он заговорил, то ему показалось, что его голос звучит неестественно громко.

– Простите. У меня даже в мыслях не было…