Самюэль знал, что каждый день победы над пагубным пристрастием делал Хьюго все сильнее и увереннее. Иногда старый моряк молился, чтобы отношения между ними длились как можно дольше, а потом он вдруг решил, что чем быстрее все закончится, тем лучше. Чем дольше это продолжится, тем труднее будет порвать оковы, связавшие Хьюго с девушкой.

Хьюго поставил чашку и зевнул.

— Я пошел спать. — Он поднял котенка, держа его на вытянутой руке. — Нет, — сказал он, прищурясь, — это определенно не Ариадна. Ты, должно быть, Эней. — Он опустил котенка на пол. — Иди обратно к маме. — Котенок, усевшись на полу, с неторопливой грацией стал приводить себя в порядок.

Хьюго засмеялся и встал.

— Спокойной ночи, Самюэль.

— Спокойной ночи, сэр Хью.

Спустя полчаса, когда Хьюго уже лежал в постели, его дверь осторожно приоткрылась и показалась светлая головка, сверкнули озорные васильковые глаза.

— О, хорошо, что ты не спишь.

Хьюго отложил книгу.

— Нет, привыкнув к твоим манерам, я ждал тебя. Ты приведешь сюда и всех остальных?

Хлоя проскользнула в комнату, аккуратно закрыв за собой дверь, и прижала палец к губам. — Мы не должны тревожить, сны миледи Смолвуд о желе с ликером и сливками.

— Ах ты, непочтительная негодница! Ты что, совсем не уважаешь тех, кто старше и выше по положению?

— Уважаю, если они действительно лучше меня, но совершенно не понимаю, почему одна лишь наша разница в возрасте требует от меня безоглядного подчинения ей.

Она сняла ночную рубашку через голову и бросила ее на стул, а затем прошла к трюмо и принялась рассматривать себя, слегка нахмурившись. Хьюго подумал, что она совершенно лишена стеснительности; он с удовольствием наблюдал, как она изучает свое тело. Она приподняла руками груди, коснулась сосков, повернувшись боком, провела рукой по плоскому животу, рассматривая себя через плечо.

— Что ты хочешь увидеть, девочка? Ищешь что-нибудь? — спросил он, и голос его задрожал от смеха и желания.

— Понимаешь, я никогда не смотрела на себя раньше, — серьезно ответила она. — У меня довольно красивая фигура, не правда ли?

— Сносная.

— И это все? — Она вытянула одну ножку и согнула ее в лодыжке. — А все мужчины сегодня вечером, кажется, считали иначе.

— Самюэль прав — у тебя закружится голова от успеха.

Хлоя не обратила внимания на эти слова.

— И ведь они видели только мое лицо, — рассуждала она, пристально разглядывая свои черты в зеркале.

— Да, этого, пожалуй, маловато, — согласился Хьюго, гадая, к чему приведет эта дискуссия. — Но с позиции строгого опекуна должен заметить, девочка, что крайне неприлично рассуждать о том, какое впечатление может произвести твое обнаженное тело на будущих претендентов на твою руку.

Хлоя ничего не ответила на эти слова, снова повернулась к нему лицом и спросила:

— А ты считаешь меня привлекательной?

— Мне казалось, что тебе это совершенно ясно.

— Да, но до сих пор я была единственной женщиной рядом с тобой. Ведь в Ланкашире тебе не с кем было меня сравнить.

— Черт побери, к чему ты клонишь, Хлоя? — Он хотел рассмеяться, но сдержался, подумав, что смех был бы неуместен в этой ситуации.

— Да ни к чему. — Она встала, хмуро посмотрела на потертый ковер на полу. Обновляя обстановку, Хьюго, не желая тратить деньги Хлои, ограничился комнатами для приема гостей, а количество прислуги свел к минимуму, который допускался обществом.

— Ну-ка, выкладывай, девочка.

— Ты считаешь леди Кэррингтон привлекательной, да?

Хьюго откинулся назад и слегка нахмурился.

— С чего ты взяла?

— Это видно по тому, как ты смотришь на нее, когда вы разговариваете, — ответила Хлоя. — Ока очень красивая и умная. И тебе, кажется, нравится беседовать с ней.

— Мне действительно нравится говорить с ней.

— И она кокетничает, — сказала Хлоя, подняв на него глаза. — Разве нет?

Хьюго улыбнулся.

— Да, это так. Женщины часто так делают. Это игра.

— Но эта игра доставляет тебе удовольствие.

— Да, мне нравится играть в нее с леди Кэррингтон.

— М-м. А ты хотел бы предаться с ней любви?

Хьюго потер подбородок, пытаясь понять, к чему клонит Хлоя.

— Джудит Девлин — замужняя женщина, девочка. И, судя по всему, она очень счастлива в браке.

— Да, и я уверена, что это так. Но ты не ответил на мой вопрос. Ты хотел бы любить ее? — Она стояла у постели, совершенно забыв о своей наготе.

Он подумал и решил ответить честно.

— Да, — ровно сказал он. — Я могу представить, как с наслаждением предаюсь любви с леди Кэррингтон.