Утром следующего дня, когда Хлоя спустилась в кухню, Хьюго уже сидел за столом. Он был одет в бриджи из оленьей кожи и сапоги, а его рубашку украшал достаточно аккуратно повязанный белый галстук.

— Ты собрался кому-то нанести визит? — спросила она, наполнив кружку молоком из кувшина и сделав большой глоток.

— Твоему сводному брату, — ответил Хьюго, отодвигая тарелку и откидываясь на спинку стула, — чтобы уладить дело с Подружкой Робин Гуда. Ты же говорила, что хочешь оставить ее, верно?

— О да, конечно. — Она задумчиво посмотрела на него, и Хьюго поймал себя на том, что погружается в синюю бездну ее глаз. — А что-нибудь еще ты будешь с ним обсуждать?

Хьюго отрицательно покачал головой.

— Я буду действовать по обстановке, но вряд ли возникнет необходимость что-то объяснять, девочка.

— Да, конечно, — согласилась она, перебирая ягоды в чашке с крыжовником, пока не нашла особенно сочную.

— Джаспер не глуп… Хотя не уверена, что то же можно сказать и о Криспине. — Она бросила ягоду в рот, прокусила кожицу зубами и закрыла глаза от удовольствия, когда почувствовала кисловатый вкус спелой ягоды.

— Ты едешь один?

Хьюго был так увлечен созерцанием чувственного выражения ее лица, что не расслышал вопрос. Как могло это полное жизни и земных желаний создание оказаться дочерью флегматичной Элизабет? Конечно, к ее появлению на свет был причастен и Стивен… Черная мысль появилась и тут же исчезла, как ни странно, не причинив никакой боли.

Он встал:

— Я отлучусь всего на пару часов. Если хочешь покататься со мной после обеда, то пожалуйста. Я давным-давно должен был осмотреть имение. Данте тоже не мешало бы прогуляться.

— Это будет мило, — ответила Хлоя несколько рассеянно. — Ты едешь сейчас?

— Через несколько минут. — Он встал и направился к двери. — Самюэль, я думаю, пора нашему парнишке Билли прекратить лодырничать. Пусть он вычистит двор. Его убить мало за такую грязь.

— Совершенно верно, — согласился Самюэль. — Я скажу ему.

Быстрая довольная улыбка мелькнула на его морщинистом лице, когда Хьюго вышел из комнаты, и он закивал головой, словно почувствовал большое удовлетворение.

— Хочешь запеченные яйца, девочка?

— О нет, спасибо, Самюэль. — Хлоя уже выходила из кухни. — Пожалуй, я не хочу завтракать, — сделав это поразительное заявление, она исчезла за дверью, плотно закрыв ее перед носом Данте, оставшимся на кухне.

— Боже, спаси нас, — пробормотал Самюэль. — Что она теперь задумала?

В своей комнате Хлоя сбросила платье и поспешно натянула амазонку. Затем буквально слетела вниз по лестнице и проследила за Хьюго, дожидаясь в холле, пока тот не выехал со двора. Потом она кинулась на конюшню:

— Билли, помоги мне запрячь мою кобылу.

Конюх пожал плечами, но все же стал неторопливо помогать ей. Хлоя подвела лошадь к чурбаку, оттолкнулась от него и вскочила в седло.

— Скажи Самюэлю, что я отправилась с сэром Хьюго, — проинструктировала она парня. — Скажи ему сразу, Билли.

Она подождала ровно столько, сколько понадобилось Билли, чтобы повернуть за угол, а затем направила кобылу вниз по аллее. Самюэль не будет беспокоиться, когда узнает, что она с Хьюго.

Оказавшись на дороге, она пустила лошадь галопом. Хьюго выехал минут на десять раньше, и он вряд ли поедет быстро — Хлоя сомневалась, что он торопился. Значит, она должна догнать его довольно скоро.

Хьюго услышал стук копыт у себя за спиной и сначала не придал этому значения, поскольку в это время дорога всегда была достаточно оживленной. Когда же стук копыт почти настиг его, он нехотя посмотрел через плечо.

Хлоя ослепительно улыбнулась ему и натянула поводья, поравнявшись с ним:

— Я подумала, что тебе не помешает компания.

— Что ты подумала? — На какое-то мгновение он совершенно опешил.

— Я подумала, что ты, может быть, уже пожалел, что решил поехать один, — сказала она, все еще сияя. — Представляешь, ты проделал бы весь путь, чувствуя себя одиноко — словом, не с кем было бы перемолвиться. А я совершенно не против составить тебе компанию. И вот я здесь.

Деланная наивность этого бесхитростного объяснения на мгновение лишила его дара речи. Хлоя продолжала болтать обо всем подряд: о прекрасном утре, красоте живых изгородей, рыжей белке, пробежавшей по ветке дерева.

— Тихо! — приказал он, когда наконец собрался с силами. — У вас очень короткая память, мисс Грэшем. Только вчера я сказал вам, что не терплю непослушания тех, за кого отвечаю.

— Но ведь я не нарушила никакого запрета, — искренне сказала она. — Я не спрашивала, можно ли мне сопровождать тебя, так что ты не говорил мне, что нельзя с тобой ехать. Если помнишь, я только поинтересовалась, намерен ли ты ехать один.