С включённой мигалкой помчался почти через весь город в Музей изобразительных искусств. Но и там его ждала неудача.

Директор, счастливый и обрадованный не меньше отца Филарета, вообще ничего не мог сказать о тех людях, которые вернули картины, потому что даже не видел их. О событии ему сообщила старая, подслеповатая вахтёрша, которая все повторила и старшему следователю: «Вошли двое, положили на мой стол рулончики и сказали: „Позвоните директору и сообщите, что вернулись ранее украденные из музея картины“. Пока я набирала номер и говорила с Евгением Васильевичем, они ушли. Я их даже разглядеть не успела».

Купряшкин, поняв, что он здесь больше ничего существенного не узнает, распрощался и уехал.

Раздосадованный бесполезной потерей времени, майор злился и с остервенением давил на газ. «Уазик» дважды пролетел на красный свет. «А что, если мне заявиться к Ирине Самойловой на дом? Прямо сейчас? Как говорится, как снег на голову. — Но раздражение начало утихать, и майор тоскливо подумал: — С какой рожей, как я ей объясню своё внезапное появление?»

Но упрямство, которым был известен в управлении Купряшкин, взяло верх. «Была не была! Предлог придумаю по ходу разговора. А вдруг что да всплывёт…»

В тот момент, когда майор Купряшкин надавил кнопку звонка Ирининой квартиры, «брат» и «сестра» как раз обсуждали, какому учреждению отдать деньги после продажи ювелирных изделий. Распродажу Виталий взял на себя. У него ещё оставались знакомые скупщики в соседнем городе, которым он когда-то предлагал барахло, прихваченное у богатых обожательниц.

Раздался звонок, Ирина, пожав плечами, сказала:

— Может быть, кто по ошибке? — она встала с кресла, прошла в прихожую и посмотрела в глазок.

На лестничной площадке стоял майор Купряшкин, собственной персоной. Она побледнела, но тут же взяла себя в руки, вернулась к Виталию и сказала, что за гость на пороге.

— Ладно, — вскочил Виталий, — я исчезаю. Но буду слушать. Если что…

— Сматывайся и сматывайся уже навсегда! Понял, братик!

— Ну уж нет! — проворчал невольно самому себе Виталий, проходя через лаз и маскируя его за собой.

Поправив в прихожей перед зеркалом причёску, Ирина открыла майору дверь.

— О, какие ко мне гости! Проходите, комиссар Мегрэ. Купряшкин бросил изучающий взгляд на Ирину: словно ждала его, ни тени смущения.

— Да. Я всего лишь на несколько минут, — извиняющимся тоном сказал он в ответ на приглашение.

— Я зашёл узнать, заплатили ли вы штраф?

— Да вы проходите… Извините, не знаю вашего имени-отчества…

— Николай Викторович.

— Очень приятно. Располагайтесь вот здесь, в кресле. Я сейчас кофе сделаю.

— Это лишнее, я ведь по работе, не в гости…

— Если у вас, Николай Викторович, нет ордера на мой арест, то от кофе вы не открутитесь. — Ирина ушла на кухню, а Купряшкин с жадностью сыскной собаки стал разглядывать все вокруг. И вдруг… На журнальном столике, рядом с пепельницей, перед самым его носом лежала икона Божьей Матери. Он с волнением взял её в руки. Вошла Ирина с подносом.

— Где вы купили такую прекрасную иконку?

— А-а-а, — махнула рукой хозяйка, — совершенно случайно у того самого коммерсанта, у которого угнали «мерседес». Помните? — и, не дав ничего сказать Купряшкину, взяла из его рук икону и добавила: — Шестнадцатый век. А потому и стоит дороговато.

— Подделка! — не выдержав, рявкнул майор.

— Что вы говорите?! — как будто удивилась и даже побледнела Ирина.

А майор Купряшкин тут же подумал: «Или она действительно глупа, как говорит Зелинский, или прекрасная актриса?» — но вслух, как бы невзначай, бросил:

— Много я сегодня у него утром видел таких. А настоящие иконы и картины вместе с денежками и ювелирными изделиями ночью увели.

— И картину Рафаэлло тоже?! — воскликнула Ирина и, чуть помолчав, добавила: — А она мне так понравилась! Я даже сегодня вечером в ресторане, куда решила все же с ним сходить, хотела попросить его, чтобы он придержал эту картину для меня. Пока я деньги заработаю.

— А где вы зарабатываете деньги? — в упор спросил старший следователь.

— Как где?! — округлила удивлённо глаза Ирина. — Вроде бы человек неглупый, а не знает, как и где в нынешнее время женщины зарабатывают деньги?

— Но у вас я не вижу ни швейной машинки, ни чертёжной доски, ну хотя бы письменного стола, если бы вы литературой или сочинительством занимались?

Ирина захохотала:

— Простите, но вы дурак, майор Купряшкин! Такие красивые женщины, как я, должны, по-вашему, за швейной машинкой день-деньской сидеть, чтобы на полуголодную жизнь заработать?! — И вдруг она распахнула свой красивый японский халат и предстала перед ним во всей своей наготе.

— Вот я чем зарабатываю, Николай Викторович! Но вам по знакомству могу в качестве подарка удовольствие доставить.