– И кольцо прелестное.

– О да.

– И ты сможешь надеть платье. Последнее замечание сразу же заставило ее повеселеть.

– Да – я смогу надеть платье. Хотя… Найджел предлагает обвенчаться в декабре. Сегодня утром, перед тем как поехать в офис, он заглянул в ежедневник и предложил двадцатое декабря.

– Ничего страшного – ты можешь надеть накидку или золотистую пашмину либо заказать к платью нарядный жакет.

– Я не об этом.

– А о чем, Дейзи? Я правда не пойму.

– Ну… тебе не кажется, что декабрь – это слишком… скоро?

– Это нервы, – объясняла я Дэвиду вечером того же дня, когда мы обсуждали прошедшую вечеринку. Мы зашли на ланч в вегетарианский ресторан «Манна», расположенный неподалеку от моего дома. – Последние три года Дейзи безумно хотела, чтобы Найджел сделал ей предложение, – как будто от этого зависело счастье всей ее жизни, – и вот теперь, когда он наконец решился, она загрустила. Видимо, так сильны ее чувства, – добавила я, поддевая вилкой последнюю тыквенную клецку. – Все произошло так внезапно. Надеюсь, через пару дней она придет в себя.

– Но разве ты не заметила, Миранда?

– А я должна была что-то заметить?

– Хорошо, ты помнишь, что Дейзи ответила Найджелу?

– Что Дейзи ответила Найджелу? – повторила я. – Честно говоря, я не помню, чтобы она вообще что-то говорила.

Дэвид положил вилку.

– В том-то и дело.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я хочу сказать, что она так и не произнесла слово «да».

Я посмотрела на него.

– Разве?

– То-то и оно.

Я попыталась прокрутить в памяти события предыдущего вечера.

– О, ты прав… Вероятно, сказалось потрясение – вполне возможно, что в такой ситуации Дейзи было не до соблюдения формальностей.

Дэвид пожал плечами.

– Возможно.

– Кроме того, ей было крайне неприятно, что Найджел напился. Знаешь, я впервые видела его в таком состоянии.

– И что же они делают сегодня? – поинтересовался Дэвид, пока официант убирал тарелки.

– Дейзи занимается майкролайтингом.

– С Найджелом?

– Ты шутишь! Он ничем таким в жизни заниматься не будет. Найджел поехал на работу.

– По-моему, довольно странно, когда только что помолвленная пара проводит воскресенье таким образом.

– Знаю, но для Дейзи с Найджелом это норма. Их интересы всегда… расходились.

– Кстати, я отправил тебе фотографии вечеринки, чтобы ты могла передать их Дейзи. Там есть несколько удачных снимков.

– Спасибо. Дейзи будет довольна.

– Забавно, что мы встретили Лили, да? – с улыбкой спросил Дэвид, когда я попросила принести счет. Он покачал головой. – Я думал об этом, приехав домой вчера вечером, и до сих пор не могу выбросить это из головы. Теперь мне понятно, почему ты вела себя так странно, когда мы впервые встретились, – ты хотела, чтобы тебя фотографировал именно я…

«Я полжизни хотела тебя разыскать».

– Да, – осторожно ответила я. – Это так. А если бы я знала, какой ты, Дэвид, чудесный, то наверняка еще больше захотела бы с тобой встретиться. Но тогда мне только… очень понравилась твоя фотография в «Гардиан». Вот я и предложила Лили твою кандидатуру.

– И я очень этому рад. Иначе мы бы тут сейчас не сидели, правда? – Я почувствовала, как он нежно коснулся ногой моей ноги.

– Да, едва ли.

– И мы бы не собирались провести вместе следующий уикенд…

– Это точно.

– Будет здорово, – сказал он, пока мы задвигали стулья. – Одна из моих лучших командировок.

– Я тоже очень жду этого уикенда, – откликнулась я, когда он взял меня за руку.

…Да, я ждала, но в то же время и боялась – ведь Дэвид наконец узнает правду. Я понимала, что мы уже подошли к той черте… Сердце отчаянно колотилось. Через неделю, в это же время, он обо всем будет знать…

– Пожалуй, мне пора, – с сожалением сказал Дэвид, когда мы вышли из ресторана.

– Во сколько уходит твой «Евростар»?

– В три тридцать. У меня сорок пять минут, чтобы добраться до Ватерло и пройти регистрацию. – От его поцелуя у меня внутри словно вспорхнуло целое облако бабочек. – Я позвоню тебе, когда приеду. До скорого, мисс Поведение. – Он направился в сторону метро, но, сделав несколько шагов, обернулся и помахал мне.

– До скорого, – сказала я.

Идя по Риджентс-парк-роуд, я снова увидела Салли. Она сидела на террасе кафе по соседству с моим домом и болтала по мобильнику. Значит, воскресенье – по крайней мере, первую половину дня – они с Маркусом проводили порознь. Я почему-то обрадовалась этому обстоятельству. И дело не в том, что меня заботила личная жизнь Маркуса, а просто эта Салли казалась мне жуткой занудой. Она ведь, наверное, даже не целуется с ним из боязни подхватить какую-нибудь инфекцию.