Горла Елены напряглось, как будто она кричала. Оно горело от пересыхания. Даже от малейшего движения, шея жутко ныла.

Стефан был около нее. Связанный, он был привязан к железным воротам. Его голова висела около груди, и Елена поняла, что он был смертельно бел. Его горло было порвано, и кровь капала на его воротник.

Катрин возвращалась…

–  Почему?! Почему ты сделала это?
– Елена яростно размышляла

Катрин улыбнулась, обнажив острые, белые зубы.

–  Я люблю его,-сказала она.- Разве ты не любишь его?

Только тогда Елена поняла, почему она не могла двигаться, и руки сильно изнывали. Она была связана как и Стефан. Елена увидела Дамона. Он был в худшей форме чем его брат. Его жакет и рука были разорваны, и при виде ран Елена ужаснулась. Его рубашка разорвано в лохмотьях, и Елене могла видеть крошечное движение его ребер. Он дышал. Кровь, спутанные волосы, разорванная одежда… Елена наткнулась на его безжизненные глаза.

–  Кого ты любишь больше?- спросила Катрин доверчивым голосом.
– Ты можешь сказать мне? Кого ты любишь больше?

Елена смотрела на нее, лицо Катрин вызывала у нее отвращение.

–  Катрин, - шептала она.- Пожалуйста… Пожалуйста послушай меня…

–  Скажите мне.- Катрин наклонилась к Елене так близко, что почти касалась ее губами.
– Я думаю, что они - оба забава для тебя. Ты любишь забаву, Елена?

Елена оттолкнула ее лицо. Катрин рассмеялась.

–  Я знаю, что настолько трудно выбрать.- Она сделала небольшой пируэт. Ее волосы стекали подобно водопаду по ее спине.

–  Это, все зависит от твоего вкуса, - Катрин продолжала, делать небольшие пируэты продвигаясь к Дамону. Она просмотрела на Елену.

–  Но тогда я имею такое пристрастие к сладкому.
– Она схватила Дамона за волосы, и, дергая его голову,пронзила его шею своими белоснежными клыками.

–  Нет! Не делай этого; не травмируй его… - Елена, пробовала вырваться, но все попытка оказались напрасными. Катрин издавала звуки животного. Дамон стонал даже в бессознательном состоянии. Елена видела толчки его тела от боли.

–  Пожалуйста остановись; о, пожалуйста остановись…- Умоляла Елена.

Катрин подняла ее голову. Кровь прилила к ее подбородку.

–  Я хочу есть, а он настолько хорош,- вымолвила она. Катрин снова впилась в Дамона. Елена вскликнула.

"Я шла на это, думала Елена, то выступление в лесу, я шла на это. Я травмировал Стефана подобно этому, я хотел убить его…"

Темнота окружила ее.

Мередит и Матовый выпрыгнула из ее автомобиля, оставляя открытые двери. Впереди, Аларик и Бонни сделали то же самое.

–  Что относительно остальной части города?
– кричала Мередит, подбегая к ним. Ветер становился все сильнее и сильнее,и по лицу побежали колики

–  Только тетя семейства Елены, Джудит и Маргарет, -вопила Бонни. Ее голос был пронзителен и напуганный, а взгляд концентрировал с ним. Она наклонила голову сказала:

–  Да, вот именно. Они -другие. Держите их в подвале!

–  Я сделаю это. Вы три берете танец!-обратилась Бонни и побежала за Алариком. Мередит побежала к ее машине.

Танец подходил к завершению. Так много пар были около автостоянки. Аларик кричал на них, поскольку он, Матовый и Бонни прибыли, обстреливая.

–  Возвратитесь в здание! Загоните каждого внутри, и закройте двери!
– он вопил на шерифа.Но время было наисходе. Он достиг кафетерия так же бесшумно,как и темная фигура. Один мент спустился без звука и шанса запустить в него оружием.

Другой был более быстр, и выстрел прозвучал. Студенты кричали и убегали а место стоянки. Аларик пошел за ними, пытаясь вернуть их.

Фигуры вышли из темноты между припаркованными автомобилями со всех сторон. Паника возобновилась. Аларик продолжал кричать, продолжал пробовать собрать испуганных студентов к зданию. Здесь они были легкой добычей.

Во внутреннем дворе, Бонни обратилась к Матовому.

–  Нам нужен пожар!
– сказала она. Матовый бросился в кафетерий и выпустил коробку. Он бросил это к земле, нащупывал в его карманах что-нибудь воспламеняющееся.

Матовый нашел только бумажку и незамедлительно зажег ее. Это было единственное безопасное место. Матовы помогал людям в кафетерии. Бонни вбежала в нуторь кафитерия и буйно начала искать сцену.

Она смотрела в надежде увидеть взрослых,но вокруг были только паниковавшие дети. Тогда он увидела красные и зеленые художественные оформления.

Шум был очень сильный; даже собственного голоса при всем желании ты не туслышешь. Пробираясь мимо людей, пробующих выходить, она подобралась в угол комнаты. Каролинский был там, выглядя бледным без ее летнего загара, и нося королеву снега диадема. Бонни буксировала ее на микрофон.