Мередит дала Бонни карандаш и бумагу, та лишь посмотрела на нее, а потом на Мередит и Елену.
– Прекрасно, - сказала она, - Но кто же будет в этом списке?

–  Ну, у любого может быть причина быть подозреваемым. Любой, кто делал какие-то странные вещи в последнее время: преследовал Стефана и меня, натравил собак на людей. Люой, чье поведение необъяснимо.

–  Мэтт, - сказал Бонни, деловито шурша по бумаге ручкой.
– И Викки. И Роберт.

–  - Бонни!
– воскликнули одновременно Елена и Мередит.

Бонни объяснилась.
– Просто Мэтт вел себя действительно странно, а с Викки это уже давно. И Роберт стоял у входа в церковь перед службой, но так и не появился внутри.
– О, Бонни, честно, - застонала Мередит, - Викки - скорее жертва, чем подозреваемый. И если Матт - нечистая сила, то я - горбун из «Нотр-Дам де Пари». И что касается Роберта, он…

–  Ладно, я поняла, - холодно сказала Бонни.
– Теперь давайте послушаем ваши версии.

–  Нет, подождите, - сказала Елена.
– Бонни, подожди минутку.
– Она думала кое о чем, что преследовало ее уже долгое время, - Начиная с церкви, - сказала она громко, вспомнив это.
– Знаете, а я видела Роберта около церкви тогда, когда пряталась в хорах. Это было как раз перед нападением собак, и он двигался в обратном направлении, как будто знал, что должно что-то случиться.

–  О, но Елена…

–  Нет, послушай, Мередит. И я видела его прежде, в субботнюю ночь, с Тетей Джудит. Когда она сказала ему, что они не поженятся, было что-то такое в его лице…, я не знаю. Но думаю, что мы должны отнести его в этот список, Бонни.

Трезво подумав и выждав момент, Бонни сделала это.
– Кто еще?
– спросила она.

–  Боюсь, что еще Аларих, - сказала Елена.
– Я сожалею, Бонни, но он фактически номер один в этом списке.
– Она рассказала подругам то, что подслушала тем утром между Аларихом и директором школы.
– Он - едва ли обычный преподаватель истории; и думаю, что он здесь по некоторым причинам. Он знает, что я - вампир, и он ищет меня. И сегодня, во время нападения собак, он стоял и просто смотрел на это, совершая какие-то сверхъестественные жесты. Он - определенно не тот, кем кажется, и вопрос в том, кто же он все-таки такой? Ты слушаешь, Мередит?

"Да. Знаете, я думаю, что нужно поместить в этот список госпожу Флауэрс. Помните, как она стояла в окне пансионата, в тот день, когда мы вытащили Стефана из колодца? Но она не спустилась вниз, чтобы открыть для нас дверь. И это - странно.

Елена кивнула.
– Да, она всегда была странной.- Елена посмотрела на Бонни. Та провела рукой по волосам, оголяя заднюю часть шеи. Она была горячей. Елена же почувствовала себя слегка выжженой.

–  Ладно, мы подъедем к пансионату завтра перед школой, - сказала Мередит.

–  Что еще мы можем сделать прямо сейчас? Бонни, дай-ка взглянуть на список.

Бонни протянула список, так чтобы они могли видеть, и Елена и Мередит склонились вперед и прочитали:

Матт Хонеикатт

Викки Беннетт

Роберт Максвелл. Что он возле церки, когда напали собаки? И что произошло той ночью в доме Елены?

Аларих Зальцман. Почему он задает так много вопросов? И зачем его вызвали к церкви Фелла?

Госпожа Флауэрс. Почему она ведет себя так странно? И почему не открыла нам двери в пансионат, когда Стефану было плохо?

–  - Ладно, - сказала Елена.
– Полагаю, нужно также узнать, чьи собаки были сегодня у церкви. А вы можете завтра в школе присмотреть за Аларихом.

–  Я буду смотреть за Аларихом, - сказала Бонни твердо.
– И я сниму с него подозрения, вот увидите!

–  Будет хорошо, если ты сделаешь это. Возможно вы предназначены друг для друга. Мередит может присмотреть за госпожой Флауэрс, а я за Робертом. Что касается Стефана и Дамона…ну… они могут присматривать за каждым, потому что способны исследовать мысли людей. Кроме того, этот список далеко не полный. Я собираюсь исследовать местность вокруг города, буду разыскивать любые признаки Силы, или вообще что-нибудь сверхъестественное. Оно ближе, чем мы думали.

Задумавшись, Елена рассеянно облизала губы. Она была слегка выжжена. Она заметила кое-что, чего она никогда не замечала прежде: красивый узор вен на внутреннем запястье Бонни. Бонни все еще протягивала список, и кожа ее запястья была настолько прозрачна, что синие вены были ясно видны. Елене было жаль, что она плохо слушала, когда они изучали человеческую анатомию в школе; как же назывались эти вены, которые ветвились подобно веткам дерева…?

–  Елена! Елена!

Пораженная, Елена подняла голову и увидела насторожные темные глаза Мередит и встревоженное выражение лица Бонни. Только тогда она поняла, что склонилась слишком близко к запястью Бонни, исследуя самую большую вену на ее руке.

–  Прости, - пробормотала она, отпрянув. Она могла почувствовать увеличенную длину и остроту своих животных зубов. Это было похоже на ношение фигурных скобок; она могла ясно чувствовать появившееся различие в весе. Она поняла, что не нужно было улыбаться Бонни, успокаивая ее, это не возымело должного эффекта. Бонни выглядела испуганной, и это было глупо. Она должна знать, что Елена никогда не ранила бы ее. И Елена не слишком хотела есть сегодня вечером; Она всегда мало питалась. Она могла бы получить все, в чем она нуждалась, от этой крошечной вены на запястье…