— Правильно. Ты начинаешь меньше походить на глупца, — сказала Кимберли. Она работала руками, пока говорила. — Я даже знала людей — трех или четырех, — которые, несомненно, могли превзойти моего мужа, но я не убеждена, что ты в их числе, особенно с раной в плече.

— Твои слова вызывают у меня желание испытать его, ради удовольствия от боя.

— Я знаю. Поэтому он остался у машины. Речь идет о Мелани.

— Мелани больше нет, — возразил Кадел. — Вы должны с этим смириться. Речь идет об Изабель. Всегда об Изабель.

— Нет. Для тебя и для того, другого. Но не для нас, остальных, — сказала Меган Марринер. Она подала Ким стерильные салфетки, чтобы та еще раз промыла рану.

— Мы уверены, что плечевая артерия не задета? — спросила мать Неда.

Ее сестра кивнула.

— Он бы не смог шевелить рукой. Ни одна крупная мышца не задета. Просто есть риск инфекции. Нож был в сапоге.

— Ты давно делал прививки от столбняка? — спросила Меган. — У тебя есть запись о прививках?

Тетя Ким рассмеялась.

Кадел ничего не ответил. Нед смотрел, как руки тети быстро двигаются, открывая рану.

— Я, конечно, не могу наложить здесь швы, но, думаю, он в этом не нуждается.

— Почистить, удалить омертвевшие ткани, ввести антибиотики.

— Да.

Кадел все это время молчал и сидел неподвижно. Текли мгновения, дул ветер. Было очень холодно. Потом человек, вызвавший их сюда, очень мягко произнес:

— Вы ее никогда не видели. И вам не понять, что это такое. Какая она. Вы скажете, что понимаете, но вы не понимаете. Мальчик знает.

«Воздух, которым я дышу, это она или моя страсть к ней».

Тетя Ким посмотрела на Кадела. Казалось, она колеблется, выбирая слова.

— Ваша любовь, — наконец произнесла она, — не первая на моей памяти, которая длится несколько жизней. И даже не вторая. Ты прости меня, если я ценю одного из нас больше, чем твою страсть.

Нед заморгал. Не этого он ожидал. Кадел вздохнул. Потом кельт снова улыбнулся.

— Я начинаю думать, что мне следует пожалеть твоего мужа.

— Он бы сказал — да, но я не считаю, что он так уж страдает, — ответила Кимберли, бинтуя рану марлей. Она снова посмотрела в глаза своего пациента. — И он мог бы дать тебе такой же ответ, как и я.

Нед видел, как Кадел смотрит на его тетю. Потом кельт повернулся и уставился на Меган, и, наконец, на самого Неда. Тетя Ким молча забинтовала рану. Нед держал фонарь неподвижно и смотрел поверх его луча на башню и на звезды.

Повинуясь порыву, он спросил:

— Зачем ты положил череп и голову в коридор под собором?

Кадел посмотрел на него.

Он казался очень удивленным.

— Почему ты думаешь, что это сделал я?

Нед почувствовал, что краснеет.

— Ну, я имею в виду…

— Это он сказал тебе, что это сделал я?

Все время так происходит с этими двумя. Невозможно ничего предсказать. Теперь Нед пытался вспомнить, действительно ли Фелан так сказал, произнес так много слов.

— Он навел нас на эту мысль.

— А зачем мне было это делать?

— Чтобы… чтобы приманить его. Потому что он тебя разыскивал?

— Там, внизу? Неужели?

Нед сглотнул.

— Там ничего нет уже тысячу лет, — сказал Кадел.

— А что тогда он?..

— Он хотел тебя втянуть в эту историю. Это очевидно.

— Это совсем не очевидно.

— Конечно, очевидно.

— Но зачем?

— Он тебя почувствовал, узнал в тебе человека, связанного с этим миром.

— Раньше, чем я сам об этом узнал? Потому что я никогда…

— Так бывает. — Это вмешалась его тетя. — Со мной произошло так же. Кто-то узнал обо мне раньше, чем я что-то поняла.

— Но зачем я ему был нужен? — запротестовал Нед.

Голос Кадела звучал на удивление мягко.

— Он ищет способ уравновесить ситуацию.

— Он угрожал нам своим ножом!

— Одним из своих ножей, — сухо поправил Кадел.

— Он ни разу не попросил… он никогда… — Внезапно стало трудно сформулировать свои мысли, сложить в слова смысл. Он пытался вспомнить события того первого утра и не смог.

— Римлянин? Просить о чем-то? — Кадел по-прежнему насмехался. — Он бы никогда этого не сделал. Он запускает ход событий и берет то, что может использовать.

— Он сказал, что ты любишь играть в игры.

— Это правда.

— Он все время говорил мне, чтобы я держался подальше. Что для меня нет роли.