– Почему? Ты посмотри, какая цивилизация, как все здорово! Ты что думаешь, они сюда яду подмешали или эти сигареты взорвутся? Я курить хочу!

– У тебя с собой сигареты есть?

– Да.

– Вот их и кури.

– Дэн, я тебя не понимаю! А может, я есть хочу? Или пить?

– На крейсер вернемся, там и поешь. Помни, мы здесь чужаки, а Марс чужаков не любит.

– Мы же не к Марсу приехали, а к Патрицию.

– Это одно и то же.

Машина миновала ворота и плавно заскользила по дороге, ведущей к Дворцу. За непрозрачными стеклами автомобиля проносилось великолепие Дворцового Парка, невидимое для Дэна с Максом. Машина замерла, двери бесшумно поднялись вверх.

– Выходить, да? – Макс с сожалением смотрел на висящий в воздухе инкрустированный столик.

– Да, выходить.

Макс выбрался наружу и поежился от промозглого ветра, мгновенно пробравшегося под одежду. Он посмотрел по сторонам и замер, увидав перед собой величественную и грозную громаду Дворца.

– Ну, ни фига себе! – парень запрокинул голову, пытаясь рассмотреть его вершину. – Вот это да-а-а! Что там наши небоскребы со всеми пирамидами и хеопсами! Дэн, здесь папаша Анаис живет, да? Весь этот дирижабль его?

– Да, весь этот дирижабль мой, – по Дворцовой лестнице спускался Патриций. – Рад тебя видеть, Денис. Как долетел?

– Спасибо, хорошо, – Дэн сделал шаг вперед, не зная, что делать, протянуть руку или поклониться.

– Проходи.

– Спасибо, Владыка, но… только я не один, со мною мой друг.

– Я заметил, – Патриций с легкой улыбкой посмотрел на черно-синие отпечатки пальцев полуволка на шее Макса. – Входите.

Они поднялись вслед за Патрицием по лестнице с высокими ступенями. По пути Макс пытался рассмотреть гигантские скульптуры, стоявшие по краям. Толком разглядеть он их не успел, но парню показалось, что все эти каменные гиганты, как один, пристально уставились на него… Макс тряхнул головой, отгоняя видение, и вошел во Дворец.

– Нет, вы только подумайте! – продолжала негодовать за завтраком Терра. – Какая бешеная безответственность! Это ведь толстый во всем виноват! А меня он вообще ни во что не ставит!

– Я думаю, во всем этом меньше всего виноват Сократ, – произнесла Ластения.

– А я так не думаю!

– Ладно тебе, Терра, все же обошлось.

– А могло и не обойтись, – Анаис отодвинула свою тарелку. – Это крейсер. Не помойка и не забегаловка. И мы находимся в Космосе, причем в Черном, а не на лужайке, и летим не на прогулку, а по важному для всех делу. Экипаж не может себя вести так безобразно.

СлушаяАнаис, Ластения и Терр-Розе замерли, позабыв про остывающий завтрак.

– Анаис … – обрела дар речи Ластения и произнесла, с трудом подбирая слова: – я уверена, Алмон повздорил с Максом из-за тебя, причем не Алмон первым начал, ты же его знаешь. Все живые, никто не железный, и Алмон не железный, только мы частенько забываем об этом. Если он офицер, так значит, вообще не способен ни на какие проявления эмоций? Он же не механический верс. И я уверена, он очень сожалеет…

– Сожалеет? – усмехнулась Анаис, не глядя на Ластению. – Хорошенькое дело. Сначала он чуть было не убил человека из-за какого-то спора, потом напился так, что не смог управлять кораблем. Что же он сделает в следующий раз? Железный – не железный, но офицеру, главе Спец. Штата, недопустимо такое поведение и такое проявление эмоций. Эмоций, чуть было не погубивших всех нас.

Ластения смотрела на Анаис, раскрыв рот.

– Что ты предлагаешь? – Терра машинально взяла сигарету, но забыла ее прикурить.

– Ну, не знаю, – повела плечами девушка, – надо придумать какую-то меру пресечения, чтобы в следующий раз неповадно было. Такое должно быть наказуемо.

– Анаис! – Ластения с трудом смогла подобрать слова. – Ты собираешься наказывать Алмона и Сократа?

– Думаю, это надо сделать. Обязательно.

– Ну, знаешь ли, – медленно произнесла Терра, – это уже чересчур. Должно быть, тебя слишком сильно потрясла гибель Кираса.

– Дело ваше, – пожала плечами Анаис, – но когда они что-нибудь натворят в следующий раз, вы меня вспомните.

Попав во Дворец, Макс на время потерял дар речи, чему Дэн был несказанно рад. Денис во Дворце тоже был впервые, но он так волновался, что толком ничего не рассмотрел. Друзья шли вслед за Владыкой, и Дэн пытался не сверлить глазами спину Георга… но взгляд все равно возвращался и останавливался на темно-синей, почти черной ткани пиджака, по фасону напоминающего френч, и звеньях цепи из голубого серебра на шее.